Я из Железной бригады

Двигаемся друг за другом, чтобы не делать лишние колеи, на снегу и так все видно, надо быть очень осторожным. Позиции противника слева от нас, если встать во весь рост, возможно даже разглядишь окопы. Но мы ползем по болоту. Низина, ветер воет, редкие кусты и остовы засохших деревьев ничуть не помогают. Остается совсем немного, впереди ждет лесок и отдых, но все сваливается в пике.

– Встать, бросить оружие, вы обнаружены и окружены! – резкая команда звучит как выстрел. Нет, как пуля, попадающая прямо тебе в мозг. Первое впечатление – ступор. Причем не только у меня. Говорившего не видно, ползу я первым и теперь боюсь даже повернуться. Наконец, после повторного выкрика голова начинает соображать.

– Ворон, как же так? – слышу тихий шепот сзади, но обернуться не решаюсь.

– Пока не знаю, – так же тихо отвечаю я, а сам выпускаю из рук винтовку и тяну руку к поясу, за пистолетом. Когда «браунинг» оказывается в руке, чувствую его холод, и появляется какая-то уверенность. – Низина сыграла с нами в обратную сторону. Если и правда окружили, тогда не уйти, но думаю брешут. Справа болото не замерзает, сами видели, туда они не сунутся. Нужно хотя бы увидеть врага, чтобы понять.

– Может, врассыпную и отстреляемся? – спрашивает Старый.

– А если низину держит под прицелом целая рота? – хмыкаю я."

"– Русские, последнее предупреждение, – донесся новый призыв от врага, и кажется, я даже слышу, как клацают затворы.

– Я один, не стреляйте, выхожу! – крикнул я в ответ, но естественно, это не прокатило.

– Не держите нас за дураков, мы видели сколько вас. Даем три минуты!

– Командир! – я оглянулся. – Как?! – Это и меня интересовало. Мля, мы так хорошо научились ползать, да еще в маскхалатах, как нас разглядели, не понимаю.

– Готовьте гранаты! – шепчу я. – Если нас вели от нейтралки, взяли бы давно, были и более удобные места. Значит, сзади пройти можно. Швыряем по кругу, назад хватит и по одной. Помните, объяснял про сектора? – Слышу ответы и продолжаю: – Четыре гранаты у каждого, хватит заставить их залечь и укрыться. Сразу за последней рвете отсюда назад, забирайте левее, в глубь болота, туда не сунутся.

– Ты что, не с нами? – робко спрашивает Старый.

– А куда я денусь? С вами, ребятки, с вами! Готовы? Вперед!

Сначала кидаем гранаты из положения лежа, вторую и третью уже присев на колено, последние – стоим во весь рост. Разрывы начались, когда летели третьи, а как услыхали грохот последних, рванули бегом. Снег сковывал движения и мешал так, как только мог. Это не бег, ковыляние. Одна надежда, что бежать недалеко, и враги побоятся соваться глубже в болото. Там и незамерзшие места есть, и растительность, укрытия то есть. Стрельба началась, когда мы удалились от злополучной низины метров на сто, может чуть больше.