Я иду искать: Подлинные истории о российских маньяках

– Женщины-маньячки вам попадались?

– Была одна красавица Диана. Первой жертвой стал муж – он ее чем-то обидел. Зарубила топором. Признали ее невменяемой. Отправили в казанскую спецбольницу. Выписали оттуда. Через какое-то время она познакомилась с мужчиной. Ночью накрыла ему лицо полотенцем и топором бабахнула. Опять ее признали невменяемой – и опять отправили в больницу. Когда ее выписали в очередной раз, она убила еще четверых мужчин…

Женщины реже относятся к этой категории. Не совпадает у них желание отомстить с фантазиями о сексе. Это как-то разведено у них в голове. И потом трудно себе представить реализацию. Ну вот если брать Диану, которая убивала мужчин, это были всегда ситуационные какие-то вещи. Вот он ее чем-то обидел – она его убила. Потом прошло несколько лет, еще кто-то обидел – опять убила… Это совершенно другой механизм, абсолютно.

– В начале прошлого века в Москве орудовали маньяки-супруги – муж и жена. Как часто встречаются целые семьи маньяков?

– Были такие случаи, но это редкость. Были случаи, когда жены догадывались или даже знали о серийных убийствах мужей. Но молчали. Чем это объясняется? Всегда по-разному. Но часто – тем, что злодей хорошо зарабатывал и обеспечивал семью. Были случаи, когда вместе орудовали мать с сыном. Это такая симбиотическая связь, которая создает одну и ту же программу поведения. К Головкину, кстати, приходила мать, когда его уже приговорили к смертной казни. Не возникло у нее отторжения. Вот такая звериная…

– Любовь?

– Даже не любовь – это такой механизм привязанности. Она тоже носит патологический характер. Критики нет, мышление не работает. Вообще, есть масса вещей, которые не исследованы, непонятны…

– Виктор Викторович, что для маньяка важно?

– Власть. Контроль. Давление.

– А видеть муки жертвы?

– Это дополнительный бонус, который, собственно, и позволяет реализовать и власть, и давление, и контроль.

– Секс – это как раз инструмент реализации власти и давления?

– Может быть, но не у всех.

Как может формироваться маниакальное влечение? Во-первых, фиксация на первых детских каких-то нереализованных мотивах. «Лолиту» читали? Главному герою было семь–восемь лет, когда он испытывал любовь к своей ровеснице. Потом она уезжает, умирает. А у него осталось сильнейшее, эмоционально насыщенное незавершенное действие. По типу феномена гусят Лоренца.

Если гусенку, после того как он вылупился, показать какой-то неодушевленный объект, он считает его своей матерью и идет за ним. И для Гумберта сексуальный объект – это то незавершенное действие. А когда Лолита взрослеет, он теряет к ней интерес, потому что она выпадает из этого запечатления.