Я хочу быть тобой

Получает удовольствия от каждого мгновения, от каждого жестокого слова, отпущенного в мой адрес. Ее ненависть так ярка, а зависть так откровенна, что снова начинает тошнить.

Я утешаю себя мыслью, что спуск на первый этаж — это хорошо. Так спасателем потребуется меньше времени, чтобы добраться до нас. Они смогут заскочить через дверь или окно. Пока готовлю кофе, фантазия рисует картины захвата дома. Как в боевиках, когда спецназовцы спускаются на веревках с потолков, выбивают окна и скручивают главного злодея.

И тем страшнее понимать, что главный злодей — это моя любимая маленькая племяшка.

— Откуда у тебя пистолет? — ставлю перед ней кружку.

От этого вопроса она начинает трястись и зло давит сквозь зубы:

— Не твое собачье дело!

И я снова не могу удержать язык за зубами:"

"— Что? Большие серые волки не захотели что-то делать за так для маленькой Зайки? Пришлось раздвигать лапки? — спрашиваю, и по тому, как она содрогается, понимаю, что попала в точку.

— Это все из-за тебя! Из-за твоей скотской жадности! — вскидывает пистолет и направляет его на меня. Не в лицо, не в грудь, а в живот.

У нее совершенно конченый взгляд. Выстрелит ведь… А потом всем будет говорить, что это я виновата. Довела бедную Зайку до ручки, измучила.

И в тот самый момент, когда мы подходим к самой грани, раздается недовольный голос.

— И что здесь происходит?

Это Вадим. И сердце обрывается.

Я не слышала, как он вошел в дом, но он здесь и выглядит очень недовольным. Причем его недовольство направлено не на Зою, а на меня. Словно я мешаю этим двоим воссоединиться в пламенном порыве.

***— Я спросил, что здесь происходит.

Зайка переводит затравленный взгляд то на меня, то на моего мужа. Потом с сипом стягивает воздух в легкие и перехватывает пистолет обеими руками, все так же направляя на меня.

— Не подходи. Выстрелю

Вадим раздраженно дергает бровью:

— Я и не собирался. Объясни, какого хрена я должен бегать по всему городу и искать тебя?

Он наезжает на нее! Сходу и совсем не так, как можно было ожидать.

— Я тебе звонил, почему телефон не доступен? — снова обращается к ней, а меня будто и вовсе не замечает.

Это так странно, что у меня напрочь пропадает дар речи.

— Я…я… — она нервно сглатывает, — телефон потеряла.

Бросает на меня сердитый взгляд, но я молчу, ничем не выказывая, что находила ее мобильник. Вернее, мой мобильник.

— Так пришла бы на работу! Где меня найти — знаешь. Почему я должен думать, где тебя черти носят и переживать?

— Ты переживал обо мне? — пищит Зайка.

— Что за глупые вопросы? Я как дурак два вечера подряд у твоего подъезда сидел, ждал, когда соизволишь объявиться. Это, по-твоему, нормально? Я не мальчик, который будет бегать за тобой роняя тапки.