Я буду первым (СИ)

Есть я тоже не хотел. Ночью я не выспался, потому что мне снилось, что я добрался до затейницы и наказываю ее и сверху, и снизу. Можно было бы еще и бочком, только я проснулся. Очень недовольный собой.

В реале жизнь меня тоже не баловала.

Я уже собирался последовать примеру отца и выйти из-за стола, но мама меня остановила:

— Платон, а с чего ты решил, что девушка тебе изменяет? Ты застал ее с другим?

— Я не стал дожидаться, когда рогами за люстру цепляться начну. Нам обязательно говорить на эту тему?

Когда хотела, Екатерина Павловна умела проявлять твердость.

— Да, обязательно.

Я вздохнул.

— Нет, не застал. Мне сказали, что видели, как она целуется с другим.

— А сам ты этого не видел?

— Нет, не видел.

Она горестно вздохнула, как всегда делала, когда ее вызывали в школу, и продолжила увещевать меня спокойным, тихим голосом:

— А ты не думал, что тебе сказали неправду? Кто тот человек, который это видел? Ты ему так доверяешь? И что, если тебя обманули? Что бы ты чувствовал на месте этой девушки? Если бы без всякой причины твои интимные изображения близкий человек собрался выложить в интернет?

Чем дольше мать говорила, тем больше сомнений у меня появлялось. Доверял ли я Орлову? Нет, конечно. Однако, если мать права, я в этой ситуации наворотил дел.

Справедливости ради, не только я.

— Скажи мне, если бы ты узнала, что так с тобой собирается поступить отец, ты бы тоже смонтировала такой же сюжет и выставила его на посмешище?

Мать рассматривает несколько секунд ногти с идеальным маникюром, потом отвечает:

— Нет. Я бы так не поступила в любом случае. Но все люди разные. Возможно, девочка посчитала, что это справедливо.

Я хмыкаю. Ничего себе справедливость!

— Она для тебя ничего не значит? — продолжает свое наступление мать.

Я молчу. Скажу ""нет"", совру. Скажу ""да"", признаю свою слабость.

Но ей мой ответ не очень и нужен.

— Ты бы разобрался, сынок.

После этого она тоже уходит, оставив меня размышлять, почему все пошло через одно место.

Надо поговорить с Киром. Хоть кто-то же должен сказать правду.

С другой стороны, желание поквитаться за выходку Лены никуда не делось. Мне хотелось устроить ей какой-нибудь запоминающийся треш. Может в бордель ее продать? Мне кажется вполне достойно. После шоколадного хера, торчащего из моей задницы; на весь простор интернета. И определить куда-нибудь подальше, чтобы Давлатов сразу не нашел.

Может, тогда эта зараза перестанет мне сниться?

От родителей я уехал сразу после завтрака. И два дня бухал, лежа на кровати, на которой всю ночь трахал Еленку. На неменянном белье. Потому что мне казалось, оно еще пахнет девушкой.

Нет, я не слабак.

Я обезумел.