Я буду первым (СИ)

— А что ты мне купила? — и она мгновенно переключившись, уже снует по пакетам, отбирая то, что по ее мнению, я собираюсь ей подарить.

— Привет, Лен! — здоровается со мной Матвей.

Он после того, как пошел в школу, старается держаться как взрослый.

Пока помнит об этом. К счастью, это длится не долго.

— Смотри, это тебе, — ловко вытягиваю из цепких пальчиков Веры один из пакетов и достаю металлический конструктор, в котором можно собирать машины, танки, даже стул."

"В нем много мелких деталей — планок, болтиков, гаечек. И даже маленькие инструменты. Совсем как настоящие.

— Тебе это брать нельзя! — строго говорю Вере.

— Да, да, я не буду, — важно кивает головой она, — там такие штучки маленькие. Вдруг проглочу и попаду на небушко. И вы все будете плакать. Я не хочу, чтобы вы плакали.

В недоумении смотрю на малышку. Вот откуда она это берет?

— Я послушная, Лена. Я не буду брать.

— Умница! — хвалю я ребенка.

Мы собираем разбросанные коробки и идем в гостиную. Там на диване с газетой расположился хозяин дома. Первое время, не понимаю, что мне кажется странным. А потом до меня доходит — он в очках! Даже сейчас, разменяв четвертый десяток, этот мужчина выглядит так, как будто его разрывают для рекламы трусов или рубашек модельные агентства. Но в очках я его вижу в первый раз. У нас с ним странные отношения. Иногда мне кажется, что мы терпеть друг друга не можем. А иногда он оказывается почти человеком. Не знаю, как мама с ним уживается. Я бы себе такого не выбрала.

— Здравствуйте, Сергей Владимирович! — мурлычу довольно, — А что это у Вас на носу? Очечки? Н-да-а-а… Старость не в радость. Так, глядишь, и песок скоро посыпется.

Он отрывается от чтения, окидывает меня взглядом с макушки и до пяток.

— Надо было попросить, чтобы тебя перевели на Дальний Восток учиться. Как там Ломоносов перед университетом? Стоит еще? Или ты его тоже на какие-нибудь бои оттащила?

Я бы конечно нашла что ответить, но тут в гостиной появляется мама. И нам с отчимом ничего не остается, как мило улыбаться друг другу. При ней мы соблюдаем нейтралитет. Никто из нас не хочет ее огорчать, поэтому мы старательно терпим друг друга.

— Наконец-то! — она быстро целует меня в щеку.

— Сереж, ты мясо пожаришь?

Он отвлекается от газеты и отвечает:

— Так там же холодно.

— Поесть мы можем и в доме. А дети все равно бегают, не замерзнут. Да и воздухом подышат.

Глава крупнейшего холдинга откладывает газету и покорно отправляется на улицу жарить любимой жене мясо.

Мы с ребятней одеваемся потеплее и тоже выходим к мангалу. Мама помогает Сергею, а я с Матвеем и Верой гуляю по саду. И даже на расстоянии замечаю, как Сергей успевает и жарить мясо, и тискать маму. А она очень уж неохотно уворачивается.