Уравнение со всеми известными

— Представьте себе, что у вас случился какой-то недуг, не дай бог, конечно. Вас привозят в больницу, и вы, естественно, добиваетесь, чтобы вас оперировал и наблюдал лучший специалист по показателям в работе: заведующий отделением или профессор, чья кафедра базируется в этой клинике. Правильно?

— Правильно.

— Не правильно. Завотделением и профессор могут брать себе больных попроще, с гарантированным прекрасным результатом. А рядом есть какой-нибудь Иван Иванович или Моисей Аронович, пьяница, с пятью женами разошелся, и больные у него нередко мрут.

— К нему и надо рваться? — усмехнулся Олег Олегович.

— Совершенно верно. Потому что он хирург от Бога, потому что ему достаются самые тяжелые, подчас безнадежные пациенты, а он их спасает. Такой умница доктор есть в каждой больнице, в каждом отделении, и собирать мы их стали, потому что сами вначале не могли открыть много отделений. Если человек вылечил у нас зубы, увидел качество, то грыжу ребенку он хочет прооперировать под нашим патронажем. А когда мы купили это здание, стали его ремонтировать, постепенно открывать свои отделения и оснащать их самой современной техникой, то, естественно, приглашали лучших специалистов."

"— Анна Сергеевна! Случись нужда, вы не откажете мне, то есть для меня, заглянуть в свою заветную книжку?

— Будет зависеть от статьи, которую вы напишете. Шучу. Обращайтесь в любое время.

Анна не стала добавлять, что среди московских врачей ее книжка уже стала чем-то вроде книги Гиннесса. И слова “он у Самойловой в черном ящике” были высоким профессиональным признанием. Другое дело, что книгу Анна никому не показывала: кроме специальных сведений, там содержались данные о склонностях и наклонностях, слабых местах кандидатов, их семьях и возможных методах переманивания.

В кабинет заглянула Настя:

— Анна Сергеевна, Руденко на операции, а больной от Матросова рвется к нему на прием, скандалит. Говорит: или главврач его может удовлетворить, или вы.

— Я бы хотел увидеть ваши рабочие будни, — оживился журналист.

— Хорошо, — согласилась Анна. — Настя, убери посуду и пригласи больного через три минуты. А пока я вам, — она обратилась к Олегу Олеговичу, — поясню, в чем дело.

Уролог Евгений Александрович Матросов специализировался на лечении простатита — воспалении предстательной железы, которым страдает тридцать процентов мужчин после пятидесяти и восемьдесят — после шестидесяти. Врач он прекрасный, но манера его общения с больными, мягко говоря, неординарна. Он “тыкает” всем без разбора, кричит на пациентов, оскорбляет их, подпускает матерок и всячески обвиняет больных в их болезнях.