Уравнение со всеми известными

Анна отрицательно покачала головой:

— Законы природы не так просты, как может показаться с первого взгляда. Если в организме беременной женщины наблюдается жизнеугрожающий дефицит каких-то веществ, то природа недодаст их ребенку, а не матери, сохранит ее жизнь, в ущерб плоду. При нехватке йода обмен веществ перестроится таким образом, что щитовидная железа матери будет защищена, а ребенок родится умственно отсталым кретином.

Кроме того, многие врачебные принципы с точки зрения обывательской логики кажутся кощунственными. Представьте ситуацию: война, масса раненых, или из мирной жизни — катастрофа, крушение поезда, а врач один. Что он делает? Бросается к первому же потерпевшему? Ничего подобного. Он идет по рядам и сортирует раненых — этот во вторую очередь, этот в последнюю, безнадежен, этот в первую очередь. По-человечески, с позиции страдающего человека, подобный отбор негуманен. Но именно он поможет сохранить жизни большему числу людей. Выбор: мать или ребенок — из того же порядка.

“Слишком много про аборты. Надо перевести на работу центра и назвать имена врачей, не все же про себя, любимую”.

— Ваша позиция врача может быть легко опровергнута, например, священниками.

— Безусловно. Поэтому давайте лучше поговорим о деле более благородном и совершенно противоположном. У нас успешно работает отделение бесплодия и экстракорпорального оплодотворения — того, что в народе называют “детьми из пробирки”. Вот где настоящие трагедии и драмы находят счастливый конец. Загляните на третий этаж, там в холле больше сотни фото ребятишек, которые появились на свет благодаря усилиям наших специалистов. Завотделением зовут Елизавета Витальевна Никитина. И что вы думаете? Каждого второго ребенка называют либо Лизой, либо Виталиком, либо Никитой. Или всеми именами сразу, если тройня.

— Неужели часты тройни?

— Нередки. Дело в том, что для подстраховки женщине вводят несколько оплодотворенных яйцеклеток. И бывает, что все они приживаются. Со многих точек зрения, лучше оставить один зародыш, но еще не было ни одной женщины, которую бы удалось уговорить редуцировать остальные.

— Анна Сергеевна, сейчас медицинских центров, подобных вашему, немало. Не боитесь конкуренции?

— От нашей конкуренции больные только выиграют. А с точки зрения коммерческой — нет, тоже не боюсь. Мы начали раньше других и внедрили кое-какие секреты.

— Поделитесь.

— Какие же это тогда будут секреты?

— Коммерческая тайна?

— Скорее, профессиональная хитрость. Хорошо, я расскажу. — Анна сделала вид, что сдалась и уступила обаятельной улыбке журналиста. — У меня в столе есть книга, которую коллеги называют “черным ящиком”.

— И это?..

— Список лучших врачей России.

— Не понял.