Изнанка счастья

Как спалось? Хорошо?

Она села на постели, суетливо убрала волосы за уши, прошептала хрипло:

– Юрка меня вчера заставил валерьянки выпить… Лошадиную порцию… Я сейчас встану, Лень. Я уйду, если ты хочешь. Я понимаю…

– Да ладно, уйдет она. Ишь, какая шустрая нашлась. Куда пойдешь-то? В свою пустую квартиру?

– Какая разница? Просто уйду… К себе, к подруге… Не знаю пока.

– Вот и я не знаю, Марсельеза. И оттого полным идиотом себя чувствую. Нет, не в том смысле, будто я оскорблен и обижен как мужик… Нет. Просто я растерялся, что ли… Помнишь, мы с тобой договаривались, что ты будешь свободна? Что в любое время можешь уйти к тому, кого полюбишь, а я тебя держать не стану?

– Лень…

– Нет, ты скажи! Помнишь?

– Да, помню. Но…

– Вот потому я и в растерянности, Марсельеза. Вроде как и слово нужно сдержать, и отпустить тебя с любовью и благодарностью за прожитые счастливые годы, но… К кому отпустить-то, не понимаю? К пацану этому? У которого молоко на губах не обсохло? Согласись, это не смешно даже… Вот я и решил – не отпускаю я тебя. Не пришел еще день и час. Не время. Ты как, согласна со мной, нет?

– Да… Да, конечно, Лень…

– Вот и славно. Между прочим, я отпуск оформил и даже отпускные успел получить. Главный врач, конечно, на дыбы встал, не хотел отпускать… Предупреждать, говорит, надо… И я его понимаю, конечно. Но я очень просил… Так что мы с тобой завтра утром едем на юг, Марсельеза. Одного дня тебе хватит, чтобы собраться?

– Как – одного дня? – пролепетала она растерянно. – Ведь надо билеты…

– Не надо билетов, Марсельеза. Мы с нашей старшей медсестрой, ее мужем и дочкой едем, на их машине. Боюсь, моя старуха «Нива» такого путешествия не выдержит, помрет по дороге. Можно было бы Юрку взять, но в машине всего пять мест, сама понимаешь. Да и не поедет он с нами… У него здесь свои интересы, свои мероприятия, я думаю.

– А как же он… Один останется?

– А ты в последнее время наблюдала его в одиночестве?

– Нет… Нет, конечно. Но Лена… Они же еще…

– Не совсем взрослые, хочешь сказать?

– Ну да…

– Это мы с тобой думаем, что не совсем взрослые, а они давно так не считают. В конце концов, попросим Зиновьевых за ними присмотреть. Ирка девушка ответственная, пять раз на дню будет Юрке звонить, я думаю. Так что все, решили и постановили, едем к морю! Собирайся, Марсельеза. Труба зовет! Две недели ни о чем не думаем, купаемся, загораем, пьем молодое вино, едим шашлыки! Вставай, иди кофе вари, а я пойду Юрку разбужу, обрадую…

Это были прекрасные две недели. Солнечные, обдуваемые морским ветром и обласканные волной, сытые и пьяные, и бездумно счастливые… Да, именно так, – счастливые. Наверное, простивший и прощенный бывают одинаково счастливы, и общее двойное счастье поет свою веселую песню.