Изменники Рима

- Она как фурия, отец. Ты знаешь, те женщины из истории, которую ты мне рассказал.

- Я должен быть осторожен с тем, какие истории я буду рассказывать тебе впредь, - Катон бросил на него быстрый взгляд. - Ты ей этого не говорил, правда?

Луций покачал головой, и Катон облегченно вздохнул.

- Я голоден, отец.

- Голоден? Ты не завтракал?

Мальчик покачал головой, и его маленькие плечи поникли. - Она забыла. И когда я начал спрашивать, она рассердилась и велела подождать здесь. Прошла уже уйма времени. Так что я все еще голоден.

- Я тоже, - Катон оглянулся. Голос Петронеллы превратился в вопль, когда она ругала одну из женщин, которых она наняла, чтобы помочь ей в этот день.

Он присел на корточки перед Луцием и тихо заговорил. - Думаю, было бы лучше, если бы мы вышли и позавтракали сами. Как тебе это?

Луций поднял глаза, его темные глаза светились от удовольствия. - Можем ли мы пойти в «Чашу Креза», отец?

Катон был поражен этим предложением. Дешевая забегаловка была излюбленным местом солдат, расквартированных в Тарсе, благодаря дешевой же еде и вину, более дешевым женщинам и шумной атмосфере. - Откуда ты знаешь об этом месте?

- Дядя Макрон и Петронелла водили меня туда.

- Это действительно так?

Мальчик кивнул. - Это было весело.

- Бьюсь об заклад.

- Пожалуйста, отец! - Луций потер живот. - Я так голоден.

- Ну, тогда хорошо. Пошли.

Они вышли из дома и тихо закрыли за собой дверь. Улица уже была заполнена людьми, в основном направлявшимися к главному рынку города. Несколько телег, запряженных мулами, грохотали среди пешеходов, и Катон взял сына за руку, чтобы убедиться, что он сможет безопасно вести его и не потерять в толпе. К счастью, Луций был все еще в том возрасте, чтобы не стесняться этого, и Катон почувствовал, как мальчик крепче сжал его руку, когда они двинулись в путь. Он улыбнулся, и его сердце переполнилось отцовской привязанностью."

"По обе стороны улицы кричали зазывалы, рекламируя свои товары и пытаясь заманить покупателей в свои магазины. Кислый потный привкус человеческих тел смешался с успокаивающим запахом пекарен и чувственным соблазном ароматов духов и специй. Луций очарованно смотрел вокруг на бесчисленное множество цветов одежды, его взгляд задерживался на более экзотических людях, которые проходили мимо: в основном восточные люди были одеты в яркие одежды.

Когда они вдвоем вышли с затененной улицы на рыночную площадь, они были поражены ярким солнечным светом и шумом, исходившим от рядов торговых палаток. Ближе всего к ним была нижняя площадка, на которой слуги аукциониста расставляли группу людей для первого раунда торгов. Было две группы: первая состояла из нескольких хорошо сложенных мужчин в простых туниках и сандалиях.