Изменники Рима

Он вполне мог быть прекрасным солдатом, хорошо служившим Риму и завоевавшим уважение тех, кем он командовал. Он мог даже быть совершенно преданным любому императору, восседающему на троне, но это не спасло бы его, если бы его сочли слишком успешным.

Катон горько улыбнулся про себя. Таков был парадокс Империи. Хорошие полководцы были необходимы для защиты Рима от его врагов, но если такие люди окажутся слишком хорошими, их легко могут посчитать за еще одного врага. В этом случае они будут лишены своего командования и проведут остаток своих дней в Италии под пристальным вниманием имперских шпионов. Если бы им повезло меньше, их бы обвинили в каком-нибудь преступлении, караемом смертной казнью, и казнили бы или предложили более достойный выход – покончить с собой.

- Тебя что-нибудь беспокоит, господин?

Катон поднял глаза и увидел, что Петронелла внимательно за ним наблюдает. Он выдавил улыбку и пожал плечами. - Ничего, кроме обычного бремени командования. Могу ли я еще чем-нибудь помочь тебе подготовиться к завтрашнему дню?

- Вы уже сделали более чем достаточно. Без вашей ссуды это не было бы большим праздником. Не то чтобы Макрон был против. Вы знаете, какой он, не ценит всей этой суеты. Просто я хотела подарить ему день, который бы он запомнил, господин. Я полагаю, что и твоя покойная жена хотела бы, чтобы ты получил такой же день.

Губы Катона сжались, когда он посмотрел мимо Петронеллы на сцену охоты, нарисованную на штукатурке стены позади нее. Он достаточно ясно вспомнил день своей свадьбы. Это было простое торжество, но в то время оно казалось идеальным. Только позже он обнаружил, что Юлия изменила ему, пока он воевал в Британии. Теперь воспоминания о свадьбе стали словно насмешкой для него.

Петронелла серьезно наклонилась вперед, неправильно уловив изменение выражения его лица. - Не волнуйтесь, господин. Я уверена, что Макрон и я сможем вернуть вам долг в ближайшее время. Он говорит, что у него есть много сбережений, хранящихся у банкира в Риме.

Катон улыбнулся. - Не беспокойся об этом. Ссуда ​​– это самое меньшее, что я могу сделать, чтобы помочь. Я предложил деньги в качестве подарка, но Макрон настоял на том, чтобы это была ссуда. Я должен вам обоим больше, чем кто-либо может когда-нибудь выплатить. Тебе за то, что вырастила Луция после смерти его матери. И Макрону за... что ж, за то, что сделал меня тем, кем я являюсь сегодня. Я обязан ему жизнью. Он помогал мне выбираться из более трудных ситуаций, чем я могу припомнить. Так что не беспокойтесь о том, чтобы вернуть деньги в спешке. Я могу выжить без этого.

- Возможно, господин. Но мы поступим как должно быть правильно с тобой и твоим сыном.

- Я знаю, что вы поступите именно так.