Изменить нельзя простить (СИ)

Поэтому Кирилл взял на себя роль гида, и после обеда с традиционными сладостями на десерт мы отправились на большой базар. Я не особый любитель таких мест, но атмосфера сделала меня другой. У меня блестели глаза при виде расписанных сводов и интересных мелочей, которые лежали на прилавках, а вот Кирилл с таким бешеным энтузиазмом торговался, что я вообще перестала удивляться, как он построил свой бизнес.

Выйдя с территории базара, Кирилл провёл через несколько улочек, чтобы оказаться в большом бутике ювелирных изделий.

— Ева, дай руку, надо браслет померить, — сказал Кирилл, не сразу перейдя на русский. Я так расслабилась, что протянула ладонь, и мне на запястье легла змейка из золота и белых камней. От браслета тянулась тонкая цепочка к среднему пальцу, на конце которой было изящное кольцо. Мне понравилось.

— Подходит? — спросила я, сдувая со лба прядь волос. — Снимаю?

— Зачем, тебе очень идёт. Давай ещё что-нибудь выберем…

Я замерла, не в силах проронить и слова. Но, совладав с собой, со своим солнечным настроением, которое кричало во все горло, что сейчас можно, сейчас правильно и нужно немного поступиться принципами хорошей девочки и пожить для себя, я выдавила:

— Мне ничего не нужно, — я протянула руку к Кириллу и попросила: — Сними.

В глазах цвета первородной тьмы мелькнуло адское пламя. Так ярко и отчётливо, что меня обожгло им. Опалило всю кожу.

— Ева… — медленно выдохнул Кирилл, явно борясь со своим взрывным характером. — Не мешай мужику тратить бабки, а просто ткни пальцем, что тебе здесь нравится.

Мне стало стыдно. Кровь прилила к лицу, и почти уверена, оно сравнялось цветом с моими волосами. Я из-под ресниц смотрела, как напрягался Кирилл, как его оскорбило, наверно, мое заявление.

— Ты же не думаешь, что пара побрякушек заставят меня превратиться в мудака и через час заорать тебе, что раз заплатил, то давай раздвигай ноги? — тихо спросил Кирилл. А я взяла и сказала правду.

— Но ты уже так делал.

Проблески совести не мелькнули в глазах Кирилла, а вот раздражение и немного усталости — да.

— Черт, — Кирилл зажал пальцами переносицу и прикрыл глаза. — Рыжая, как с тобой сложно. Мы же обсудили, что ни хрена я не собираюсь тебя деньгами вынудить спать со мной. Так почему, когда остановились на модели отношений, где логично, что мужик дарит подарки, ухаживает, заботится, ты просто не можешь взять и сказать: «Спасибо, Кир, я ещё вот то кольцо хочу?».

— Потому что я не хочу. Потому что это один из способов манипуляции…

— Ой, затрахала! — рявкнул Кирилл и обратился к продавцу, что-то быстро-быстро говоря на турецком и английском. Но я все рвано на могла уловить сути. А улавливала в себе почти обиду. А ещё не понимала, что тормозит меня.