Изменить нельзя простить (СИ)

Я повернула голову в сторону звука. Закрыла глаза. Легла на подушку. Развернулась спиной и накрылась одеялом.

Быть такого не может.

В больничной палате сидел Бестужев.

Заспанный, недовольный Бестужев.

Пусть все это окажется сном.

Ну пожалуйста.

Тёплые пальцы дотронулась до пятки. Я резко дернула ногой, пряча ее под одеяло. А кровать прогнулась под мужским весом. Тяжёлая рука легла мне на задницу. Я замерла, молясь всем подряд, чтобы мне все это только снилось.

Какого черта Бестужев тут делает?

Он так-то вчера мне конкретно нервы пошатал. Хотя сама дура. Нашла к кому обратиться за помощью. Господи. Явно вчера я была не в себе.

Одеяло поползло вниз.

— Вылазь, не сожру. У меня ночь была, если бы хотел укусить тебя за бочок, — прозвучало над ухом, и я дёрнулась сначала от неожиданности, потом от голоса, который заставил все нервы взвизгнуть.

Я откинула одеяло и резко села на постели, подперев подушкой спину. В голове все поплыло.

— Мы переспали? — задала самый страшный вопрос я. Голос был таким охрипшим, что Кирилл тут же передал мне бутылку с водой. Я жадными глотками осушила половину.

— Да, я просто затрахал тебя до смерти. Так ты и оказалась в больнице, — хмуро съязвил Кирилл и забрал бутылку. Допил.

Я оглянулась вокруг, пыталась понять, в какой клинике находилась. Неужели Кирилл не мог как нормальный человек просто вызвать скорую? Зачем было тащить меня в частную. Да я за одну капельницу тут долго буду рассчитываться. И вообще, что Бестужев делает тут?

А Ляля?

В панике я стала искать телефон.

Она же волнуется."

"— Телефон где мой? — решила уточнить у Кирилла.

— Я случайно его разбил… — я приоткрыла рот, и Кирилл протянул мне запакованную коробку с новым мобильником. Последняя модель яблочной техники. Я хлопнула глазами. — Открывай, пользуйся.

— А может, мой можно починить? — спросила я, пару раз провернула в руках матовую коробку под глянцевый пленкой. — Просто это…

— Ничего там починить нельзя, — вспылил Кирилл, впервые с момента знакомства говоря со мной по-человечески. — Давай поторапливайся. Через два часа у тебя экг, а потом ещё какая-то херь с сосудами.

Я покачала головой.

— Можно твой телефон, мне срочно надо позвонить…

Кирилл вытащил из кармана такой же мобильник, какой был в коробке, разблокировал и протянул мне.

— Кому? Парню, мужу? — он встал с кровати и потянулся.

— Я не ночевала дома. Ляля волнуется и переживает.

Ляля скрипучим и сдавленным голосом ответила на звонок, и я быстро стала объяснять, где нахожусь и что произошло. Она кричала в трубку так громко, что даже Кирилл понял, о чем идёт разговор. А Ляля со слезами в голосе призналась, как больницы обзванивала.