Измена. Счастье вопреки

Я сказала то, что не следовало?

— В общем, он задолжал крупную сумму денег. А ты… — пристально смотрит на меня. — А ты эти деньги отработаешь. Сама вчера согласилась.

— Когда?! Что значит отработаю? — непроизвольно повышаю голос и чуть ли не вскакиваю со стула, но вовремя беру себя в руки и пытаюсь придать своему виду серьезность. — Я ничего не подписывала!

— Юрист что ли? Не нужна нам твоя подпись. У тебя вчера был выбор: уйти или остаться. А раз ты здесь, то выбрала ты второе. Дорогая, у тебя нет больше права голоса.

Владимир, склонив голову набок, постучал по столу пальцами, будто только что решив мою дальнейшую судьбу.

— И что же… Что же входит в эту, кхм, работу?

— Ты и дальше будешь делать вид, что не догадываешься?

Владимир становится максимально серьезен. Хмурит брови, перестает барабанить пальцами по столешнице.

Если бы я посмотрела на себя в зеркало, наверняка бы увидела, что побледнела. Мне хочется стать максимально незаметной. Втягиваю голову в плечи. Нервно закусываю губу.

Представляю, как превращаюсь в маленькую серую мышку, выбегаю на улицу и… тут же попадаю в слюнявую пасть Рамзеса. Меня передергивает.

Владимир внимательно смотрит на меня. Под его давящим взглядом мне становится не по себе.

— Телом? — понурив голову сквозь накатывающие слезы произношу неуверенно.

Давно предполагала такой вариант событий, но почему, почему же он тянет? И в чем ему от этого выгода? Да если бы он захотел, мог бы заполучить с десяток таких как я. Чтобы унизить Диму? Мог бы это сделать прямо у него на глазах, а не тащить за тысячу миль. И зачем было обещать, что меня не тронут?

Мужчина тихо посмеивается.

— Хватит, девочка, давно так не смеялся. За эти два дня ты продлила мне жизнь на пару месяцев, это точно.

Ему смешно. Здорово. А я за эти два дня по всем законам природы должна была поседеть! Смеется он. А мне каково? Я все потеряла! Дом над головой, любимого преданного мужчину. Теперь я сплошной ходячий комок нервов.

Осталась лишь одна подруга — Юля. Юля! Как же она должно быть переживает! Сказал ли ей Дима, где я? А если сказал, продумывает ли она план моего спасения? Возможно, уже сейчас, в эту самую минуту, она в полиции пишет заявление о моей пропаже.

Я с надеждой смотрю в окно, словно способна разглядеть сине-красные проблесковые маячки патрульных автомобилей. Но на заднем дворе лишь безмолвно колышется листва на деревьях.

Заявление же не примут раньше, чем через сорок восемь часов. Значит не стоит рассчитывать на быстрое спасение из плена.

Может быть, они вместе с Димой обсуждают, как вытащить меня из сложившейся ситуации?

Впрочем, нет. Нельзя на него надеяться. Не верю, что он вор. Но и честным человеком я больше не назову его. Он обманул меня несколько раз. Я хочу доверять, но больше не могу.