ИЗМЕНА. Развожусь!

 – Везучей обладательнице такой неземной красотищи?

Если до этого момента её напомаженные красные губы украшала язвительная усмешка, то сейчас она сменилась чем-то похуже. Искривлённый оскал, не иначе!

Я хотела обойти её, но она преградила путь, тем самым отчетливо дала понять – сопротивление бесполезно, в случае чего будет применять силу.

– Да кем ты себя…!

Хорошо. Сама напросилась.

– Я – дочь министра иностранных дел, одного из влиятельнейших политиков, а также законная жена Бессонова, имеющего статус богатейшего человека планеты. – Чеканю каждое слово, расставляя точки над нашими с ней статусами: – Ты же – та, кого мой муж временно потрахивает. Думаешь, что взяла его за яйца? Контролируешь? Имеешь право? Нет. Ты просто держишь у себя во рту его яйца. Только и всего.

Она не проронила ни слова, лишь её горло дрогнуло спазмом. Сглотнула.

– Ну же, девушки, проходим мимо, – я подмигнула парочке «столичных штучек», решивших не вовремя припудрить носик. – Это не развлекательное зрелище, а публичное унижение!

Выдохнула. Вдохнула. И подытожила:

– Я озвучила очевидное. И считаю это для себя унизительным, но если появилась необходимость поставить вас обоих на место, значит будем разговаривать и действовать иначе.

Даже когда она позорно ретировалась, я всё ещё продолжала негодовать. Кипела. Всему виной терапевтическая доза алкоголя.

Что ж! А не поиграть ли мне на их нервах?

Ну а что, одной мне страдать что ли?"

"Шучу, не этим я руководствовалась, когда дозвонилась до Константина и потребовала перенести все мои вещи в главный дом. Захотелось сделать это, как говорят, «из принципа», но имеют в виду «назло». Ладно, пусть не в хозяйскую спальную. Я, к слову, на Бессонова не претендовала.

В ответ на осторожный вопрос дворецкого, пришлось уточнить:

– Немедленно!

– А… как же Кристина?

Значит, КрЫстина. Отлично. Будем знакомы!

Глава 7

С утра, сунув в рот ломтик чуть подкопчённой форели, я, закатив глаза, мычу от удовольствия. Вкусно. Рецепторы просыпаются немного раньше, чем здравый смысл. Последний удаётся расшевелить только спустя пару глотков отменной арабики.

Из-за вчерашней нервотрепки и сумбурных сборов, спала я плохо. На новом месте.

Видимо, не зря говорят, что утро вечера мудренее. А всё потому, что на вчерашние эмоции с утра уже похер.

Однако, что имеем.

Сейчас я завтракаю в столовой главного дома, расположившись в одиночестве за большим столом на шестнадцать персон, сервированным на меня одну. Вооружившись маленькой ложечкой, слегка бью по скорлупе яйца всмятку, в верхней его части. Раз. Ещё один. В такт моим движениям, у Константина, который в данный момент замер навытяжку напротив меня, дёргается глаз. В прямом смысле.