Измена. Предателей не прощают (СИ)

- Я пас! Пикировка окончилась? Мы можем уже начать общаться, как взрослые люди? Что ты намерена делать? – откидывается он назад на стуле.

- Подавать на развод.

- Это исключено. Я не тебе его дам!

- Что?! - восклицаю я. – То есть как это ты не дашь мне развод? Мы живем в свободной стране!

- Это конечно так. Но ты кое-что забываешь… а я помню. И я не дам тебе развод, потому что забочусь о тебе! Как ты будешь жить, дорогая, и где?

- Ты намекаешь, что у меня нечего нет?

- Именно! И не намекаю, а говорю. Я не могу позволить, чтобы моя жена голодала. – он складывает руки на животе и продолжает буравить меня взглядом.

- Нечего страшного, я уверена, что смогу прожить без тебя и твоих денег.

- На зарплату учительницы начальных классов?

- Да, милый. А тебе вообще надо думать не обо мне. А о моей милой и чудесной сестренке. И вашем будущем ребенке.

По лицу Глеба меняется от этих слов, и я продолжаю:

- Я уверена, что Лена будет отличной матерью и прекрасной женой!

- Знаешь, Марин, вот мне даже обидно! - шипит мой муж. - Почему ты не хочешь побороться за нас? За наш брак?

- Глебушка, - мягко произношу я, зная, как бесит его этот вариант имени, - ты как себя чувствуешь? Головой в душе сегодня не ударился случайно? Бороться? За тебя? После того, что я видела?

- Хорошо! Я дам тебе развод, но давай это обсудим чуть позже? Сначала выполни одну мою просьбу?

Я поднимаю бровь.

- Хочу… Прошу, чтобы завтра, ты встретилась с моими родителями в «Бристоле».

Я открываю рот, чтобы сказать, что его отец уже звонил мне, но решаю промолчать.

- Ты наверняка забыла, но завтра наша годовщина. Я понимаю, что для тебя наш брак уже нечего не значит, и ты готова все сжечь в угоду своим странным желаниям…

Мои брови откровенно ползут вверх от удивления. Какие высокие слова употребляет мой муж! Это вообще на него не похоже.

- А я за это время, готов доказать, что я тебе нужен. Ты не сможешь без меня. – он пытается взять меня за руки, и я прячу их под стол.

- Доказать, что ты нужен мне? Ты бредишь, Глеб? Ну, хорошо. Я буду завтра в ресторане. – соглашаюсь я.

К тому же, я уже обещала Давиду Григорьевичу. И наша годовщина — это прекрасный повод поставить жирную точку в этих отношениях. Разобраться сразу и махом со всей этой веселой семейкой.

- В семь.

- В семь? - переспрашиваю я.

Хм, его отец назвал мне другое время. Я точно это помню, а вот мой муженек никогда не мог правильно запомнить даты и время. Впрочем, сейчас это уже его проблемы.

- Да, в семь. – повторяет мой муж. – И сделай мне одолжение в память о нашей семье, которую ты так хочешь разрушить…

Я просто недоумеваю от этой комедии, но стараюсь сохранять невозмутимый вид.

- Я очень хочу, - продолжает он, - чтобы ты завтра была самой красивой на свете. Самой-самой! Постарайся, пожалуйста. Ради моих родителей. Они всегда любили тебя.

- Хорошо.