Измена. Предателей не прощают (СИ)

Я быстро, выпрыгиваю из его машины и стараясь не хромать и иду к дверям ТЦ. За спиной кто-то резко дает по газам. Даже не оборачиваюсь, я и так знаю кто это уехал.

Как только я остаюсь одна, позволяю себе выдохнуть, и чувствую, что не могу сделать ни шага. В голове крутится вопрос: «Что я сделал не так?!» И самое обидное, я не знаю ответа!

Падаю на скамейку в ТЦ. Вот и все. Ну что ж, в любом случае спасибо за помощь, Алексей Васильевич. Это было так… приятно.

И хватит! Я не буду больше плакать из-за мужчин. Сейчас я буду думать о другом. О себе. Опускаю взгляд на ноги. Мне надо купить новые туфли. Хотя нет. Я куплю себе кроссовки.

***

Ровно в три захожу в кафе. Я сразу вижу своего мужа. Он сидит у окна развалившись на стуле, лицом ко мне. На столе перед ним его любимая паста, которую он с удовольствием ест. Он не видит меня. Или делает вид, что не видит.

Выпрямляю спину и подхожу к нему.

- Привет, - говорю я и сажусь за стол.

- Ну здравствуй, - произносит Глеб, вытирает губы салфеткой и тянется ко мне.

Серьезно? Он хочет, чтобы я его поцеловала? Отворачиваюсь, но он берет меня пальцами за подбородок и разворачивает к себе. Секунду мы смотрим друг другу в глаза, и он прикасается губами к моей щеке. Видимо по моему лицу проходит гримаса омерзения, потому как он начинает смеяться, но его глаза остаются злыми.

- Да брось, дорогая! Ну я же не зверь. Честное слово, ты прям слишком эмоционально ко всему относишься.

- Хорошо, милый, как скажешь. – отвечаю в тон ему. – Я слишком эмоционально отношусь. А напомни, почему мы тут? Ах да! Кто-то, а именно ты, спит с моей…

- Да, да... Я помню. – перебивает меня Глеб. - Что тебе заказать?

- Нечего. Я не голодна."

"- О, ты была в хорошем месте. Тебя там не только приютили, но и накормили.

- Да, представь себе.

- А скажи, в этом хорошем месте меня тоже могут приютить? – он смотрит на меня холодными глазами и делает глоток кофе.

- Тебя уже приютила Леночка между своих ног – тебе мало?

Глеб заходится кашлем.

- Какая ты оказывается! А, Маринка! – он вытирает рот салфеткой.

- Какая, Глебчик?

- Ты оказывается у нас такая злопамятная, такая язвительная, интересно ты всегда такой была или я просто не замечал?

- Ну что ты, я все время была серой мышкой. А вот ты был другим животным. Благородным и сильным… Козлом! Наверное, не просто так у тебя фамилия Рогальский, да, милый?

- Что, уже успела мне наставить рога? За сегодняшнюю ночь? Старалась до утра?

- Ну что ты дорогой, это же только ты мне можешь рога делать, да? Я ведь тоже Рогальская! Правда останусь ей не долго!

- А что так? Уже берешь другую фамилию? Не рановато ли после одной ночи? – нависает он надо мной.

- Я в отличие от тебя, всегда могу вернуться к своей прошлой! А ты как был РОГАльским, так и останешься!

Муж поджимает губы.