Измена. Право на счастье (СИ)

Но вы ведь на фото, как, – договорить не успеваю, он перебивает.

– Как семья. Верно. Потому что мы семья, Милана, но не муж и жена. Ты столько всего мне рассказала, от многих вещей у меня вообще руки чешутся свернуть чьи-то шеи. Ты душу передо мной обнажила, но почему не спросила то, что так тебя волновало столько времени? Я бы ответил. Мне скрывать нечего, – все же немного срывается на крик, отчего я вжимаю голову в плечи и падаю попой на кровать, спрятав лицо в ладонях.

Он во всем прав. Да, я открылась ему, доверилась, но банально забыла, что были тормоза на пути к счастью. Если они не женаты, то кто друг другу? Они ведь даже не похожи, чтобы связать родством.

– Мил, – горячие ладони обхватывают коленки, и я невольно выползаю на свет, как улитка, и смотрю на него.

– Я не знаю, Дамир. Я просто забылась, а потом эти фото. Не понимаю ничего. Просто скажи мне.

– Малыш, Ама, – договорить ему не дает телефон.

Чертыхнувшись, встает с места и идет за телефоном, а на экране фото той самой женщины. Дамир не боится показать его мне, и это немного подкупает.

– Может, так даже лучше будет. Сама сейчас все услышишь и поймешь.

Проводит пальцем по экрану и на всю комнату раздается звонкий девичий голос.

– Дамирушка, привет, – по комнате раздается приятный женский голос, от которого сердце сдавливает от ревности.

– Да, Ама, что случилось?

– Снова буку включил. Вы с Ратом договорились что ли, бурчать на меня? Ну, ладно он муж, могу понять, не ласковая я с ним в последнее время, но ты-то за что? Я маме пожалуюсь! – почему-то мне кажется, что она сейчас дует губки, но удивляет не это.

Муж, мама?

– Дамир, у меня на тебя одна надежда. Скажи ты ему уже, что нам с Аликой нужно общество, что у малышки кружки, друзья и так далее. Сколько дней нам еще просидеть взаперти надо?

– Ама, я ничего ему говорить не буду, кроме того, что уже сказал. Попробуешь опять улизнуть, вашей охраной займусь я, – жестко, глядя мне в глаза, Дамир говорит с ней, и до меня смутно начинает доходить, что здесь происходит, и кто они друг другу.

– Ну, братик! Вы мне ничего не говорите, только заперли с дочкой, словно в клетке. И это бы ладно, но вы ведь и между собой переругались. Рат молчит на какой почве, я пилю его за то, что не идет на уступки тебе и отцу. Мы ссоримся из-за этого. Я хочу все знать. В конце концов, вы все моя семья, – в последних словах слышу знакомые рычащие нотки.

– Ама, если на этом все, то иди лучше к Баграту и будь ласковой женой. Все твой муж правильно делает. Вы с Аликой – его забота и ответственность. Вопрос лишь в том, что он не умеет уступать там, где явно слабее. Не провоцируй его, ласковая жена легче направит в нужное ей русло, помни об этом. А он тебя любит, это главное. Поцелуй малышку перед сном за меня.

– Ну, Дамир.