Измена. Простить, отпустить, отомстить?

Но если бы мне была нужна просто красивая картинка, а не женщина, я бы остался и подрочил у себя дома."

"Его слова, резкие и как обычно, грубоватые, освежили меня. Тимур все сказал правильно, по делу. Так что мне не оставалось ничего, кроме как еще раз извиниться.

- Я не хотела тебя обидеть.

- Я не обижен.

- И все же. Ты не так меня понял. Я сказала про свет просто потому что привыкла заниматься сексом в темноте. Даже забыла, что раньше было по другому. Я не «не хочу» смотреть на тебя, Тимур. Мне очень нравится то, как ты выглядишь и двигаешься и ты сам мне тоже нравишься. Извини, что так коряво говорю, я просто не привыкла ни к чему такому. У меня был один мужчина и двадцать лет брака, поверь это много. И теперь у меня есть ты. Тебя не должны заботить все эти метания, это все исключительно моя проблема, но ты тоже, пожалуйста, пойми. Двадцать лет. Их ластиком не сотрешь.

Я говорила и говорила, как будто кто-то открыл кран и меня наконец прорвало. Я так хотела сказать все важное, что даже не заметила, как Тимур снова накрыл ладонями мои руки и сжал их, пытаясь согреть.

- Есть еще что-то, что тебя беспокоит? – И теперь его голос звучал иначе. Не холодно, не отчужденно, а так, словно он правда хотел мне помочь.

- Целлюлит? – Пискнула я. – Надеюсь, ты не из тех, кто падает в обморок от его вида? Потому что это естественное состояние женщины, и он есть у всех нас в связи со строением мышечной ткани, так что…

- Спасибо за увлекательную лекцию, Настя. Но я в курсе того, что такое целлюлит. И нет, я не падаю в обморок, только если ты не теряешь сознание при виде волосатой груди. Потому что, клянусь, голым я похож скорее на обезьяну, чем на человека.

Я нервно хохотнула. Но поймав такой же искрящийся взгляд Тимура, не выдержала и засмеялась в голос. Да, такую прелюдию как сейчас точно не забыть, даже если мы будем очень пытаться.

Тим встал из-за стола и, обогнув его, сел на корточки прямо передо мной. Он держал в руках мои ладони, наши пальцы переплелись и, кажется, я наконец стала таять. Ледяная кожа постепенно нагревалась, покалывания в подушечках прошло и руки больше не дрожали. И как ни странно, я перестала стыдиться того спектакля, который закатила бедному мужику.

Ну, повело бабу, с кем не бывает.

Надо понять и простить.

- Еще что-то, - он так и смотрел на меня снизу вверх. Голос серьезный, а взгляд откровенно издевательский.

- Грудь.

- Колесом?

- Не совсем стоит. Я бы даже сказала, совсем не стоит.

- Серьезно? Да что ж такое! Гравитация, сучка ты бессердечная, делай что хочешь, но только сиськи не губи! Доколе это будет продолжаться!

Тимур голосил, запрокинув голову к потолку, а я смеялась, так что даже выступили слезы.

- Ну вот, теперь ты надо мной издеваешься, - отсмеявшись, я потянула его руку на себя и поцеловала костяшки пальцев.