Измена. Осколки нашей любви (СИ)

— Почему? Тебе… тебе что-то известно?

Муратов осторожно прикоснулся краем своего бокала к ободку моего:

— Инга звонила. Я взял на себя смелость и наглость инициировать параллельную экспертизу. Чтобы мы могли знать наверняка.

Он замолчал, видимо, ожидая моей реакции на свою вольность. Но взволнованная услышанным, сейчас я не видела в его поступке ничего криминального. Тем более что это шло только на пользу объективности результатов.

— Продолжай.

— Если верить тому, что я услышал, с Алексеем всё будет в полном порядке.

Я так стремительно выдохнула, что едва не покачнулась. Наверное, моё лицо о многом сейчас говорило, потому что Муратов добавил:

— Это не попытка тебя успокоить или дарить ни на чём не основанную надежду. Но я почти уверен в том, что результатами обследования в новой клинике тебя не напугают.

Мои глаза сами собой наполнились слезами, и сейчас я, как последняя идиотка, пыталась сделать вид, что со мной всё в полном порядке.

А сердце едва не выскакивало из грудной клетки от прилива адреналина. Похоже, даже в целом позитивные новости я сейчас воспринимала слишком уж остро.

Даря себе время на то, чтобы немножко прийти в себя, смочила губы напитком.

— Это всё, на что я надеюсь. Обо всём остальном и о других возможных исходах… у меня пока нет ни сил, ни смелости думать.

— Извини, если выбил из колеи. Не знал, как лучше преподнести эту информацию.

Я помотала головой из стороны в сторону:

— Тебе совершенно не за что извиняться. Я, наверное, даже рада, что ты не стал ничего говорить о своей инициативе. Меньше ненужных волнений.

Я боялась пускаться в расспросы. Почему-то казалось, я могу услышать что-то такое, что поколеблет во мне зародившуюся надежду.

Тем более что Муратов-старший выглядел странно сдержанным для таких хороших новостей.

Я бросила на него мимолётный взгляд.

Нет, даже не сдержанным… Грустным?

Не припомню, чтобы я вообще когда-нибудь видела его в подавленном настроении.

Сейчас всё, связанное с ним, казалось мне странным и непривычным. Будто я заново открывала для себя человека. Даже не заново, а впервые.

— Мне важно было убедиться, что дело действительно получит ход. Если бы тебе вдруг по каким-либо причинам отказали в услугах, мы не остались бы без оперативных результатов.

Мы.

Господи, до чего всё сейчас запутанно и необычно…

— Конечно. То есть я понимаю. Тем более что у тебя куда больше возможностей и связей, — зачастила я, стремясь поскорее вытолкнуть и себя то, что меня волновало. — Только… извини, если лезу не в своё дело, но мне сложно отделаться от ощущения, что ты на самом деле не очень-то рад таким новостям. Может, конечно, мне показалось…

— Нет, — Муратов отпил из своего бокала и посмотрел в сторону, — тебе не показалось.