Измена. (не) удобная жена (СИ)

Мы не разговаривали с Курбатовым неделю после того, как он пригласил дочь к себе, а потом наговорил все эти гадости.

Своим поступком он оттолкнул меня ещё сильнее от себя. Но даже несмотря на это, я держу слово и не экономлю ни копейки на его реабилитации.

Всё, как обещала: лучшие врачи, лучшие реабилитологи, лучшие массажисты. Я нанимаю их всех, без сомнения, и жалости к затратам.

И они делают свою работу профессионально! Да, это дорого. Очень дорого! Но я не жалею ни о чём, потому что я просто возвращаю ему долги за маму, за то, что он когда-то сделал для неё.

Я просто делаю, что требуется, и всё. Такую установку я себе дала и двигаюсь благодаря ей.

Конечно, совершенно точно можно было бы вложиться и меньшими деньгами. И людей можно было бы нанять попроще, купить что-то подешевле из лекарств, ведь есть аналоги, дженерики.

Но это было бы менее эффективно и заняло больше времени для его восстановления. А я больше никак не могу и не хочу терпеть его присутствие в своей жизни.

В общем, стараются все из специалистов. В том числе Анна тоже прилагает максимум усилий. Я вижу это благодаря камерам видеонаблюдения.

Как только его выписали, я сразу, открыто сказала Михаилу, что дома для моего спокойствия временно будет установлено это наблюдение, и он не возражал.

Только он про домик для гостей не думал, а вот я подумала. И установила их в том числе и там.

Анна взяла на себя роль сиделки, няни и домработницы.

Ту странную девицу, которую я однажды застукала за странным занятием, где она нюхала пиджак моего мужа, я, конечно, уволила. Даже не стала разбираться, спала ли она с моим мужем или нет. В тот момент для меня это уже не имело никакого значения. Просто рассчитала её без лишних вопросов. Но я потом обязательно спрошу Михаила, было у них что-нибудь или нет. Хотя, что это изменит? Ничего теперь.

Всё моё внимание приковано к этой парочке, и все остальные не имею значения.

Всё, что происходит, даётся мне нелегко. Каждый день — это словно борьба с самой собой, с воспоминаниями нашей жизни, с болью от предательства, которая, кажется, теперь уже никогда не уйдёт из моей памяти.

По моим ощущениям моё личное душевное восстановление после этой истории, где я наконец-то открою все карты, займёт немало времени. Возможно, месяцы. А может, и значительно больше.

Мне совершенно точно теперь будет сложно довериться мужчине. Но об этом я подумаю позднее. С этим бы разобраться.

Когда я прихожу домой, возвращаясь после работы в свою реальность, в голову лезут кадры, отснятые за день. В этот момент внутри меня начинает всё дрожать от напряжения и обиды.

Ночи становятся моим личным адом. Когда тишина окутывает дом и он засыпает, мои мысли начинают кружиться вокруг одной темы — его каждодневного предательства.