Измена. Наследник для дракона

Жадно втягивает носом воздух. По его лицу вновь проходит чёрная рябь драконьей чешуи. Зверь рвётся наружу. Я даже не знаю, кого из них сейчас боюсь больше.

Дышу рвано и часто, с опаской наблюдая за его внутренней борьбой. Кто победит: человек или зверь?

Роланд на мгновение закрывает глаза, а когда открывает их снова, я понимаю, что контроль им возвращён. Кажется, я в безопасности…

Роланд отбрасывает мою руку, но лишь для того, чтобы крутануть меня, развернуть спиной и одним рывком впечатать в себя. Левой рукой он удерживает меня выше живота, сдавливает стальным капканом. Не сдвинуться, не шелохнуться.

Правой рукой обхватывает моё горло. С трудом дышу, с ужасом осознавая, что ему ничего не стоит сдавить чуть сильнее, и всё. Как с металлическим блокиратором, который он играючи стёр в порошок, так и здесь. Была истинная, и нет её.

Замираю в его смертельных объятиях. Не двигаюсь. Не провоцирую. Не злю.

Роланда потряхивает не меньше меня. Вот только меня — от страха, а его, наверняка, от бешенства. А потом случается странное. Продолжая меня удерживать, он зарывается носом мне в волосы. Обнюхивает жадно, по-звериному. Слышу над головой утробное рычание.

Стальная хватка на горле ослабевает. Благодаря этой неожиданной передышке сглатываю и дышу полной грудью, пытаясь насытиться воздухом впрок.

Горячая ладонь Роланда спускается вниз по моей шее, очень медленно, вырисовывая на ней причудливые узоры. Что, вообще, происходит?

Не успеваю как следует обрадоваться тому, что меня, кажется, передумали придушить на месте, как он проскальзывает рукой в вырез платья и оглаживает горячей ладонью полушарие груди.

Одновременно с этим его губы касаются моего виска, и я вдруг понимаю, что он задумал!

Внутри ураганом взметаются отторжение и страх! Я слишком хорошо помню, кто передо мной и почему я бежала без оглядки. Пойти на близость с ним сейчас, после всего, что было? После того, как он чуть не придушил меня на месте? Я ещё не сошла с ума!

— НЕТ! — шиплю и дёргаюсь изо всех сил, пытаясь вырваться, и мне это удаётся!

Думаю так поначалу, но в следующий миг понимаю: это не я вырвалась. Это Роланд ослабил хватку. Отпустил от себя, чтобы приподнять легонько, как куклу, и швырнуть на кровать лицом вниз.

Комкаю пальцами шерстяное покрывало. Приподнимаюсь на локтях, чтобы перевернуться на спину или оглянуться, но меня снова грубо вдавливают вниз, а кровать за спиной прогибается под чужим весом.

Открываю рот, но крик застревает в горле. Смысл? Мы одни в доме, и помощи ждать неоткуда. Только перепугаю Ленарда.

На задворках сознания мелькает абсурдная мысль: что, если Роланд не заметит ребёнка? Если не заметит, то не сможет забрать его здесь и сейчас, а потом… потом я что-нибудь придумаю!

Главное, чтобы оно было — это «потом».