Измена. Я больше не буду тряпкой (СИ)

— Ой, Коль, перестань, Максик просто шутит, — всплескивала руками их мама. — Он за тебя очень рад!

— Еще как рад, — неприятно засмеялся Максим.

Вроде бы братья, но совсем не похожи, подумала я тогда. Ни по характеру, ни по внешности, две абсолютные противоположности.

Тогда его брат уселся за стол. Он вел себя хамовито и развязно. За столом появилось напряжение, от былого радушия не осталось и следа. Николай мгновенно уловил перемены, взял меня за руку, попрощался с родителями и мы ушли.

Ужин оставил у меня не самые приятные воспоминания, и мне больше не хотелось бывать в том доме. Хоть я себя за это и корила, ведь это семья Коли! Но заноза в душе засела, и я ничего не могла с ней сделать.

Моя комната утопала в цветах. Николай дарил мне их, бывало и по три раза на день. Мог выбежать утром, пока я сплю, вернуться с букетом и ароматными булочками. Бывало, забегал в перерывах между пар с цветами и страстными поцелуями. Конечно же вечер непременно заканчивался букетом. Но главное — это его ласки, его забота, нежность, я купалась в них, дышала им, и ни на грамм не сомневалась, что мы будем вместе всегда. Иначе невозможно, у него мое сердце, без него я просто умру.

В институте травля прекратилась. Со мной стали разговаривать, хоть и было видно, что людям не комфортно. Преподаватели тоже стали вести себя сдержанней.

Я познакомилась с компанией Коли. Там были старшие ребята и девушки, которые относились ко мне с уважением. В их обществе я действительно чувствовала себя человеком.

На их фоне выделялся Глеб. В отличие от семьи Николая, он мне понравился. Заводной парень, очень внимательный, дружелюбный, он располагал к себе. Да и Коля очень много теплых слов говорил про друга, он ему доверял и считал братом.

Глеб присматривал за мной, следил, чтобы меня никто не обижал, когда Коли не было рядом. С ним было интересно общаться. Мы часто гуляли вчетвером, я и Коля, Глеб и его спутница. Постоянной девушки у парня не было, он часто их менял. Говорил, что еще не нашел свою единственную.

С работы я уволилась. Точнее уволил меня Коля, просто пришел и сказал это моему начальству. Мне было жутко неудобно, но он ничего слушать не хотел.

— Моя любимая работать не будет! Гробить себя не позволю! — сказал твердо.

— Любимая…

— Ты еще сомневаешься? — посмотрел на меня так, что кровь мгновенно в кипяток превратилась. — Люблю тебя, Манюнь, с первого взгляда и на всю жизнь.

Не слова это были. Нечто гораздо большее. Энергия его любви пропитывала меня, ощущалась в воздухе.

— А я тебя! Так сильно, что не могу жить без тебя!

— Без меня и не надо! Не отпущу. Ты моя! — крепко-крепко к себе прижал. — Только моя.

Николай заботился не только обо мне, но и интересовался делами у меня дома. Передавал им деньги, иногда еду.