Измена. Я больше не буду тряпкой (СИ)

— Поделись гениальным планом! Или пусть сестра прощается с жизнью, а ты будешь лелеять свои дурацкие обиды?

— Придумаю! — встаю со скамьи, беру Люду под руку и иду в дом.

Дальше разговаривать с матерью не имеет смысла. Она все равно не изменит своего мнения. Мне ее не переубедить. Так зачем трепать себе нервы?

Заглядываю к Сереже, он увлеченно играет с Иваном.

— Мамочка, я тебе нужен? Все хорошо? — спрашивает обеспокоенно и внимательно разглядывает мое лицо.

— Да… играй! Не переживай, — стараюсь говорить непринужденно.

Люда всхлипывает и держится за мою руку. Веду ее в комнату. Делаю чай. Пытаюсь, как-то успокоить. Только какие тут слова утешения найдешь?

— Ты папе говорила? — спрашиваю.

— У него же сердце. Еще не говорила, я была уверена, что Глеб поможет, — опускает взгляд.

— Мы с ним расстаемся.

— Почему? — в голосе тревога. — Я думала, вы счастливы.

— Он был так счастлив, что путался с Анжелой минимум лет восемь. Это я о ней только знаю. А сколько подобных дамочек прошло через его постель? Ай, прости, что вываливаю на тебя. Не до моих проблем тебе сейчас.

— Мне так жаль, — вижу, как в ее глазах тает надежда. На куски мне душу ее взгляд разрывает. Я люблю сестру, на многое для нее готова.

Но приползти к Глебу, унижаться, просить денег, смотреть в лицо предателя — это за гранью. Не могу перетупить через себя.

Около двух часов провожу с сестрой. Укладываю сына спать и сама располагаюсь на диване в гостиной.

На удивление, сон приходит быстро. Тяжелое забытье окутывает меня туманом.

Просыпаюсь от тяжелого дыхания, в нос ударяет знакомый запах.

Не сразу удается осознать происходящее спросонья.

— Маша, Маша, что ты устроила! — голос Глеба затягивается на горле подобно удавке.

— Убирайся! — открываю глаза.

Так и есть, он стоит около дивана, навис надо мной как коршун.

— Только вместе с тобой, дорогая женушка, — подхватывает меня под мышки, одним резким движением усаживает.

— Мы разводимся, Глеб, — отползаю от него дальше.

— Образумь ее, Глебушка. Сильно что-то Машу по голове шибануло, — в гостиную вплывает мама. — Видишь, муж не стал ждать утра. Сразу примчал, как я ему позвонила! — поднимает вверх указательный палец.

— Вера Аркадьевна, это у нее гормоны. Не обращайте внимания. Вам тоже нервничать нельзя, — поет соловьем мой муженек.

— Какие такие гормоны? — мама хмурит брови.

— Беременна наша Маша, — Глеб извлекает из кармана тест.

— Откуда он у тебя, — спрашиваю вмиг охрипшим голосом.

— Так на полу в нашей спальне валялся.

Видимо, когда я переодевалась, он выпал из кармана, а я и не заметила. Как можно было допустить такую оплошность?! Мысленно отвешиваю себе несколько оплеух. И что теперь делать?

— Ох, счастье-то какое. Долгожданного внучка мне подарите! — всплескивает руками мама.