Измена. Право на истинную (СИ)

— Он тебя поздравил? А мама?

— Обещают приехать, — мрачно отвечаю я. — Обошлись пока без поздравлений, потому что до них долетели нехорошие слухи.

— Ты только не говори, что я тут. Я, конечно, у дедушки любимчик, но полное разочарование для отца и мамули.

— Для отца, может быть.

— Ой ладно тебе, — ревниво шипит Вестар. — Мать всегда скатывается в слезы, когда видит меня.

— Так ты веди себя с не прилично.

— Не могу.

— Почему?

— Я очень сложная эксцентричная натура, которая желает, чтобы ее все любили, но делает так, что ее презирают и ненавидят, — Вестар обхватывает прутья и скалится в жуткой улыбке. — Но теперь на твоем фоне, не такой уж я и бедокур, да?

— Угу, — скрещиваю руки на груди и гипнотизирую черного таракана на потолке.

Упадет или не упадет? Шевелит усами и бодренько бежит к трещине между камнем и деревянной балкой. Странно, что Вестар еще не высказал свое “фи” насчет соседей.

— Так у тебя две новые роли? Роль отца и роль неидеального сына? Да ты в смятении. Как неидеальный сын может стать хорошим отцом?

Я молчу. Мы давно с Вестаром не говорили так много, как сегодня. И впервые за долгое время я не хочу свернуть ему шею. Он остался все тем же придурочным младшим братом, но его издевки меня не задевают.

— Есть у меня соображения на этот счет, — понижает голос до шепота. — Я могу их высказать, многоуважаемый Альфа?

— Говори.

— Чтобы стать хорошим отцом, — едва слышно отвечает, — надо быть хорошим мужем, братец.

— Я пытался, — пожимаю плечами. — У меня ведь получалось.

— Я тебе не про пытаться, дубина, а про быть. Разницу чувствуешь? И так все просто, но в то же время сложно. Прямо философия всей нашей жизни.

Замолкаем, и в тишине улавливаем детские крики, что пронизывают стены и потолок подземелья. Это вопли боли и первой метаморфозы, которая тянет сухожилия, мышцы и выворачивает суставы.

— Я хочу их увидеть, — шепчет Вестар, крепко сжимая прутья, — потому что я должен выбрать себе любимого племянника, Ивар.

— Для начала я их сам должен увидеть, — медленно выдыхаю и шагаю прочь. — И взять на руки.

— И поцелуй свою женушку в лобик от моего имени, — Вестар бросает мне вслед пренебрежительные слова, — и скажи, что я соскучился.

Глава 30. На то была воля Леса

Лежу на подушках, удерживая двух голодных и недовольных малышей у груди, и недоумеваю. Вот я стала матерью, но не так, как я об этом мечтала. Я хотела насладиться месяцами беременности, прожить тошноту по утрам, удивляться тому, как растет живот и как в этом животе кто-то толкается. Я лишилась многого. И даже не по вине Ивара, а по своей наивной дурости и недалекости.