Измена, или Страдай, бывший!

— А твой муж? Разве не родной человек?

Неприятно говорить с человеком, скрывающимся от тебя.

— Сергей Григорьевич, простите! Я сделала всё возможное, но она всё равно прорвалась.

— Верочка, ты можешь идти. Оставь нас с племянницей. А лучше… приготовь мой любимый белый чай.

Дядя так и не спешит развернуться. Замечаю кресло, с которого я смогу посмотреть дяде в глаза, направляюсь к нему и сажусь.

— Ну здравствуй, Валерия!

Дядя улыбается, а я на мгновение застываю взглядом на его лице, не в силах сказать что-то или отреагировать на его приветствие. Худой, больше похожий на Кощея, бледные покровы кожи, но такая яркая синева под глазами. Коротко стриженные волосы с небольшой залысиной на макушке кажутся хрупкими. Не таким я помню своего дядю. Он всегда казался мне спортсменом, а сейчас… Что с ним стало? Смотрю, будто на чужого человека.

— Не ожидала увидеть меня таким? Я изменился… Годы не пожалели меня, а затяжная болезнь наложила свой отпечаток.

— Папа не говорил, что вы болели.

— Потому что твой папа этого не знал. Это его не касалось. Это были мои проблемы, с которыми я справлялся самостоятельно.

— Вы даже на похороны к нему не пришли… Почему? Вы ведь были так близки в детстве. Папа часто рассказывал мне о вас, когда показывал фотографии.

— Вот как? — Дядя выглядит удивлённым, но умело скрывает свои эмоции. — Ты пришла, чтобы поговорить о нём? Это не самая приятная тема для меня.

Отрицательно качаю головой.

— Я пришла поговорить с вами о моей маме. Её убили, теперь я точно уверена в этом. Скорее всего, на моих глазах, потому что воспоминания заблокированы. Я хочу узнать, кто совершил это злодеяние. Отец по какой-то причине не стал обращаться к психологам, предпочёл скрыть от меня правду, но вам должно быть известно больше.

— С чего ты взяла, что мне известно больше? Я не общался с твоим отцом, ты об этом знаешь.

Знаю, но по пульсирующей на шее дяди венке могу сделать выводы, что он занервничал. Ему известно больше, чем может показаться. Больше, чем выяснили полицейские.

— Если это и было убийство, то виновный, наверняка, понёс наказание. Твой отец не оставил бы это так просто, — голос дяди дрожит. Он говорит не так уверено, как когда я пришла. — Думаю, на этом мы можем окончить, если тебе больше нечего сказать мне. Ворошить прошлое у меня нет настроения.

Мог ли он убить маму?

Почему сейчас так нервничает?

— Я видела убийцу. Наверняка видела, иначе я бы не забыла всё. Если вы не поможете мне, я обращусь за помощью к специалистам, но смогу докопаться до правды. Я узнаю, кто это сделал. Помогите мне. Скажите, что вам известно.

— Ты подозреваешь меня в убийстве своей матери… Как думаешь — убийца стал бы сознаваться в содеянном?

Дядя глухо смеётся.

Домработница приносит поднос с чаем и двумя чашками.