Измена и месть. Ты слишком ничтожна, жена!

Его разодетый, как франт, спутник был молодым, лет тридцати, с тонкими, правильными чертами лица и светлыми волосами, которые он, похоже, тщательно укладывал. Его взгляд, острый и цепкий, сразу впился в меня, будто высматривая что-то необычное. Его улыбка — или скорее ухмылка —расплылась на лице слишком самодовольно и стремительно, и я почувствовала неладное.

Сама по себе встреча с мужем не сулила ничего хорошего, так еще и его гость… не внушал ни малейшего доверия. Такой же липкий, презрительный и высокомерный взгляд, как и у Себастьяна…

— А вот и та самая знаменитая хозяйка дома, — сказал незнакомец, не дожидаясь, пока Себастьян меня представит. — Значит, ты женился на ней только для того, чтобы Его Величество от тебя отстал? Да уж, где ты ее откопал — такую???

Я замерла, крепче сжимая корзинку. Эта неожиданная встреча меня совершенно дезориентировала. Себастьян, услышав слова друга, лишь усмехнулся, но ничего не сказал.

— Как вас там? Кажется… Деделия???— продолжил мужчина с издевкой. — Да уж, имя под стать внешности. Могу сказать, что вы… э-э… уникальны. Не каждый мужчина решится на такой выбор! Себастьян — респект за смелость!!!

От его слов у меня перехватило дыхание. Я уж было открыла рот, чтобы ответить на эту дерзость, но незнакомец не дал мне такой возможности.

— Прямо скажу, Себастьян, я восхищаюсь твоей смелостью. Ежедневно видеть подобное пугало — это непросто… — он хохотнул, на что Себастьян скривился и дернул его за рукав, мол, пойдем уже, чтобы это пугало меньше мозолило глаза…

Нет, Себастьян не сказал этого вслух. Но выражение его лица было именно таким — исполненным отвращения и презрения ко мне.

— Ну, я всегда был известен своими… неожиданными и смелыми решениями, — сказал он, надевая себе невидимые ордена.

Я почувствовала, как кровь приливает к щекам. Они стояли передо мной — высокомерные, уверенные в своей значимости, а я в этот момент ощущала себя ничтожеством. Хотелось врезать по этим нахальным физиономиям, но вдолбленные с детства монастырские правила не позволили размахивать руками.

Сжала корзинку так сильно, что пальцы побелели, но не смогла даже достойно ответить. Слова застряли в горле, гнев и унижение смешались в тугой комок, лишив меня способности думать.

— Кажется, я напугал её, — усмехнулся незнакомец. — Или она всегда такая молчаливая?

Себастьян махнул рукой и увлек друга дальше по коридору. Я сделала шаг назад, затем ещё один, а потом просто развернулась и пошла прочь.

Каждый мой шаг эхом отдавался в голове. Гнев, словно раскалённая игла, приносил жгучую боль из-за собственной беспомощности. Эти двое мужчин вызывали жгучее чувство ненависти

Я поднялась по лестнице, не помня, как преодолела этот путь.