Измена и месть. Ты слишком ничтожна, жена!

Я с облегчением сделала вид, что сосредоточилась на еде, надеясь, что разговор сойдёт на нет. Но, когда слуга удалился, принц снова посмотрел на меня. На этот раз взгляд был другим. Оценивающим. Решительным.

— Ешьте, — сказал он негромко, но твёрдо. — А затем мы с вами обстоятельно поговорим.

Мои глаза расширились. Дурное предчувствие сковало душу. Уж не имел ли он в виду под разговором… нечто совсем иное?

Но он не имел. Я едва прикоснулась к еде, поклевала, как птичка, и отложила приборы. Райнхард даже не притронулся к своей тарелке. Всё это время он изучал меня сквозь прорези маски, отчего мне было не по себе.

— Мне действительно хочется поговорить, — наконец нарушил он молчание. — Как вы дошли до того, что решили мстить мужу… отдавшись другому мужчине?

Я поперхнулась воздухом, глаза расширились. Он спокойно подал мне стакан воды, и я сделала несколько судорожных глотков. Боже, ну и вопросы! Хотя… чему я удивляюсь?

— Так вышло, — осторожно начала я, чувствуя жгучий стыд. — У меня не было выбора… Возможно, вы слышали те слухи, которые ходят обо мне?

Принц молчал, продолжая изучать меня. Затем выдохнул.

— Да, узнал пару дней назад. Не поверил, конечно.

— Правда? — я уставилась на него в изумлении. — Но почему? Вы ведь меня не знаете!

Ответом была загадочная улыбка. Она меня насторожила. Он меня знает? Но откуда? Поговаривали, что сразу по приезду Его Высочество мог инкогнито (пока его никто не знает) посещать семьи аристократов, изучая, так сказать, истинное нутро высшего света. Может, мы встречались раньше, на приёмах у Жанетты де Лор? Это многое бы объяснило…

Я попыталась выкрутиться, подбирая нейтральные слова, но он прервал меня:

— Вы можете не обелять свою жизнь передо мной. За эти два дня я достаточно изучил информацию о вас.

— Что⁈ — я замерла. — Но зачем вам это?

В голове мелькнула догадка: Себастьян в каком-то смысле любимец короля. Видимо, Райнхард интересуется этим вопросом именно из-за него. Я поспешно добавила:

— Простите, но… мне крайне неловко обсуждать всё это.

— Для высшего света такие истории — обыденность, — отозвался принц. — Себастьян тот ещё подонок. Я предлагаю вам расторгнуть с ним брак.

Я уставилась на него. Что ни фраза, то сюрприз…

— Не могу, — наконец выдавила из себя.

— Почему? — нахмурился он.

— Тогда я не смогу ему как следует отомстить.

Принц был недоволен, и это настораживало.

— Для вас месть — смысл жизни? А о собственном счастье подумать не хотите?

Я опустила глаза.

— Моё счастье — восстановить справедливость.

— А если не выйдет?

— Выйдет, — ответила я твёрдо. — Я не отступлю.

Он постучал пальцами по подлокотнику кресла, задумался. Затем улыбнулся и сказал:

— Вы очень упрямы, но я восхищён вашей решимостью. Что ж, мстите. Я посмотрю… и подожду.

Я вздрогнула.