Измена. Дар богини драконов (СИ)

Как только рукоять сабли оказывается в моей ладони, тьма обретает очертания отца с такой же саблей.

— Ты знаешь, что тебе меня не победить. А мне не хочется заниматься избиением младенцев. Может, сделаем нашу битву хоть немного интереснее. Давай прибавим тебе мотивации. Если ты продержишься до того момента, пока горит лучина, я не трону Эйвери, оставлю старушку спокойно доживать ее безрадостные дни и оплакивать сына. Как тебе такой вариант?

— Поклянись, что не тронешь мать, — рычу.

— Клянусь.

— Хорошо, я согласен.

Отец довольно улыбается и выставляет ладонь вперед. Кожа в центре ладони лопается, и из нее сочится тьма. Подобно воску она принимает форму длинной лучины. Пальцы тут же подхватывают ее. Таким же образом появляется огниво.

Он щелкает им, и лучина вспыхивает.

Отец втыкает ее в землю.

— Начнем? — он весело подмигивает мне. — Помнишь, как я учил тебя в детстве управляться деревянным мечом? А ты однажды обратил этот меч против меня.

Отец движется подобно вихрю, он неумолимо наступает, получая удовольствие от каждого движения. Лезвие сабли сверкает в лучах солнца.

В чем-то отец прав. Сейчас я физически слабее его. Организм не успел восстановиться после тех жестоких ранений, и дракона своего я потерял. Сейчас моя сила равна силе человеческого мужчины, причем такого, который не изнурял себя тренировками. Единственное, что у меня осталось — навыки владения оружием. Но учитывая то, что боевой опыт отца больше моего, а силы его практически безграничны, мои шансы выстоять стремятся к нулю.

Может, что-то хорошее в нем еще осталось, раз он дает мне возможность спасти мать, хотя бы ценой собственной жизни.

Пока у меня получается отражать его атаки. Но он старается вынудить меня сменить позицию с оборонительной на наступательную. Я же прекрасно понимаю, что мне выгоднее беречь силы, чтобы продержаться до тех пор, пока лучина не погаснет."

"В ход идут подтрунивания и оскорбления, даже обманные маневры. Делая вид, что раскрывается, он надеется, что я забудусь и ринусь на него. Но его провокации бесполезны.

Лучина практически догорела.

— А ты изменился, сынок, с тех пор, что я тебя не видел. Драться стал намного лучше. И тело у тебя крепкое, хоть ты сейчас и без зверя.

Огонек доходит до земли и с шипением гаснет.

Отец подходит ко мне:

— Ну, что, пора.

Прикрываю глаза. Через мгновение я воссоединюсь с семьей в лучшем мире. Если он существует. И хотя бы там мы будем счастливы.

Вирен снова рассыпается дымом, который окутывает меня с головы до ног.

— Думаю, тебе будет интересно узнать, что твоя жена и дети живы. Кто-то умыкнул их прямо у меня из-под носа, создав мощный портал. Но я исправлю это недоразумение, причем с огромным удовольствием. А потом зайду к Эйвери. Напомню ей о наших высоких отношениях.