Измена. Развод. Моя (не)случайная беременность (СИ)

И я отвечаю, даже забыв, что там, за дверью, скорее всего, стоит мой муж.

Нажимаю на кнопку приёма вызова и молчу.

– Анна, я знаю, что вы дома. Откройте дверь.

Волна облегчения. Гора с плеч. Там не Вадим. Там Рейнер. И без разницы, зачем он пришёл. Но, кажется, в тот момент я даже не думаю об этом. Просто поднимаюсь и иду в коридор. Два щелчка – и в проёме дверей маячит высокая фигура. Рейнер.

Зачем он здесь? Я так и стою с телефоном в руках. Сердце грохочет в груди. Пульс бьётся в губах.

Он делает шаг, переступая порог. А я пялюсь на него, как дурочка.

– С новосельем, – сухо поздравляет он меня.

Он следит за мной – доходит медленно, сквозь шум в ушах, сквозь грохот ошалевшего сердца.

Он проходит в комнату, не спрашивая разрешения, оглядывается. Это очень деловой взгляд, будто щупающий изъяны или несоответствия.

На его лице ничего не отражается. Он инспектирует. Но в этом изучающем взгляде нет ничего брезгливого или пренебрежительного, как у свекрови, которая почти так же оглядывала комнату, где мы жили с Машкой.

Я вспыхиваю, потому что его взгляд проходится по кучкам банкнот, разложенных на кровати. Я готова провалиться сквозь землю.

А затем он делает нечто немыслимое – заглядывает в мой шкаф. Так, будто имеет на это право.

На вешалках – жалкая кучка одежды, которую мы купили с Машкой.

– Ты так и не забрала свои вещи? – спрашивает он, оборачиваясь ко мне. – Хочешь, съездим сейчас?

И это его обыденное обращение на «ты», словно так и надо, этот внимательный взгляд, приводят меня в чувство. Я наконец-то отмираю, готовая дать отпор, поставить его на место.

______________

Дорогие мои девочки и мальчики (может, и мальчики читают)

Я приболела, валяюсь с температурой.

Продолжение будет ежедневно, на комментарии отвечу, как только немного очухаюсь.

Глава 26-1

– Нет, – качаю я головой. – Вам не кажется, Илья Эдуардович, что это… несколько лишнее?

– Очень гордая девочка, – кивает он в ответ, и губ его касается всё та же кривая усмешка. Но она не издевательство, а скорее – удовлетворение. – Вообще-то я пришёл обсудить детали с поставкой лингафонного кабинета. Судя по всему, вы не собираетесь засиживаться на больничном, Анна Романовна. А я обещал и должен быть готов.

И то, как он подчёркнуто обращается ко мне на «вы», говорит о том, что он принял мою позицию. От этого узел в груди развязывается, но, как обычно, завязывается где-то гораздо ниже.

– Чаю? – спрашиваю из вежливости.

– Кофе, – шагает он в кухонную зону.

В лофте нет даже условных стен и перегородок. Здесь всё до безобразия просто. Но, к счастью, есть два стула. И две чашки тоже находятся.

С чаем и кофе тоже особых проблем нет – Машка позаботилась. И в холодильнике не пустота.

– Я сам, – говорит он и забирает из рук моих чашки.