Измена. Развод. Моя (не)случайная беременность (СИ)

Но я всегда подозревала, что между моей подругой и старшим братом что-то было. Очень давно. И что Андрей – причина Машкиного одиночества. Но она не рассказывает. А я не спрашиваю. Не лезу в душу. Но надеюсь, что однажды она всё расскажет сама.

– Не надо Андрею, – срывается с её губ. – Мы сами уж как-нибудь. А то ещё прилетит, будет уму-разуму учить.

Да, он такой. Может. Но мне снова чудится: Машку не это заботит. А его внезапное появление. Кажется, кто-то боится этой встречи очень и очень сильно.

– Ну, я побегу, – суетится подруга и прячет глаза. – Дел полно, я позвоню вечером, ладно?

Я киваю и смотрю ей вслед. Провожаю до лифта и слушаю, как скрипит кабинка, спускаясь.

В это время звонит телефон. Вадим. Ещё не всё сказал? Не всё забрал у меня?

Глава 25-1

Я перевела телефон в беззвучный режим. Пусть звонит. Я не слышу, мне всё равно. Надо бы его в чёрный список забросить, но я не спешу. Перед судом всё равно придётся как-то контактировать. Хотя, наверное, не стоит надеяться, что суд пройдёт легко.

Вадим решил насладиться сполна. А поэтому… Нет, я не жду, что он сдастся. Он всегда был упрямым и целеустремлённым.

У меня впереди нелёгкий период. И дело даже не в том, что я осталась на мели. А в том, что мне предстоит вступить в противостояние.

Невольно вспомнился Рейнер. И его предложение. Рука потянулась к сумочке. Визитка его там. Лежит, никуда не делась. И такое искушение набрать его номер и попросить помочь.

Но любая просьба имеет цену. Может, только это и остановило меня. Я знаю, что он захочет взамен. А я… не готова. Не для меня вольные отношения. У меня никогда даже мыслей об этом не возникало.

Я замужем. Была. У меня муж. Был. Никто и никогда меня не интересовал. Я смотрела на мужчин, как на предметы интерьера. Что есть, что нет. До недавнего времени.

Рейнер меня волновал. Притягивал. Было в нём что-то загадочное и непонятное. И вся эта буря внутри – то холодно, то жарко, то в дрожь кинет, то сожмётся всё внутри – пугала меня. Я не понимала и не могла разобраться, чем таким он тянул к себе.

Я думала о нём. Не постоянно, но часто.

– Я не сдамся, – произнесла вслух и занялась подсчётами.

Что ни говори, а жизнь с Вадимом меня избаловала. Я могла бы составить сейчас длинный список бранных слов в его адрес, но одно знала точно: я ни в чём не знала отказа (если дело касалось меня лично), никогда не считала копейки, как сейчас, и не планировала свой бюджет в рамках жёсткой экономии.

В моей жизни бывали разные периоды. Но и всегда находилось плечо, на которое можно опереться.

Я могла позвонить родителям. Братьям. И нашла бы поддержку. Материальную – в том числе. Но в двадцать пять как-то неловко снова припадать к родительскому плечу. Это самый крайний случай.

Чтобы просить, нужно поделиться.