Изгоняющий дьявола

Швейцарец стоял посреди улицы и ждал, когда загорится зеленый свет. Он улыбнулся, помахал священнику рукой и следил за машиной, пока она не скрылась за поворотом на Массачусетс авеню. Потом побежал к автобусу и сел в него. Проехав несколько остановок, Карл сделал пересадку, доехал до северо-западного жилого района и зашагал к полуразрушившемуся старому зданию.

Он остановился около мрачной лестницы и задумался. Из кухни несло кислятиной. Где-то в квартире надрывался ребенок. Швейцарец опустил голову. Из-под плинтуса выполз таракан и заспешил к лестнице. Карл вцепился в перила и хотел было вернуться, но потом покачал головой и пошел наверх. На третьем этаже он свернул в темный закуток и остановился перед дверью. Постоял так некоторое время, положив руку на дверную ручку, и нажал на кнопку звонка. Из глубины квартиры донесся скрип пружин. Кто-то раздраженно выругался. Послышались неровные шаги, как будто человек шел в ортопедической обуви. Дверь неожиданно приоткрылась, гремя, натянулась дверная цепочка, и в образовавшейся щели показалась женщина в одной комбинации. Из уголка рта торчала сигарета.

– А, это ты, – мрачно произнесла она и сняла цепочку.

Карл наткнулся на ее жесткий взгляд. Эти глаза, похожие на два переполненных болью колодца, обвиняли его. Он разглядел печальный изгиб рта на опустошенном лице молодой девушки, похоронившей свою юность и красоту в дешевых гостиничных номерах, ночами тоскующей по несостоявшейся жизни.

– Скажи там, чтобы побыстрее проваливали! – донесся из глубины квартиры мужской голос.

Девушка грубо отрезала:

– Не трепыхайся, это мой папаша!

Потом повернулась к Карлу:

– Пап, он пьяный. Ты лучше туда не ходи.

Равнодушные глаза молча следили за его руками. Карл достал из заднего кармана брюк бумажник.

– Как мама? – поинтересовалась девушка, затягиваясь сигаретным дымом и не сводя глаз с бумажника. Карл вынул деньги и отсчитывал десятидолларовые купюры.

– Она чувствует себя хорошо. – Он кивнул. – Мама чувствует себя хорошо.

Девушка судорожно закашлялась и прикрыла рот рукой.

– Проклятые сигареты, – прохрипела она.

Карл заметил у нее на руке следы от уколов. – Спасибо, пап.

Он почувствовал, как она вытягивает у него из пальцев деньги.

– О Боже, нельзя там побыстрей? – заорал мужчина из комнаты.

– Слушай, пап, давай поскорей, а? Ты же его знаешь!

– Эльвира!.. – Карл неожиданно сделал шаг вперед и схватил ее за руку. – Сейчас в Нью-Йорке открылась больница! – почти умоляя, прошептал он.

Дочь скорчилась и попыталась вырвать руку.

– Я пошлю тебя туда! Они помогут! Тебя не посадят в тюрьму! Это...

– О Боже мой, ну хватит, па! – хрипло воскликнула девушка, высвободив, наконец, руку.

– Нет, прошу тебя! Это...

Она захлопнула перед ним дверь.