Изгой. Кровь и пламя

Раз они знаются с нежитью – нам с ними не по пути. Хотя не мне это говорить… Остальным воинам – прикрывать лучников! Рикар… ты выбирай сам, что будешь делать – сносить головы врагов или защищать головы своих…

– Они и без меня справятся, господин!

Старый ветеран перехватил удобней двуручный топор и прыгнул вперед, едва не оставив меня позади. Проклятье… его кровожадность ничуть не уступает моей… так, глядишь, на мою долю и не останется ничего."

"Рванувшись, короткой чередой больших шагов, я в несколько мгновений оказался за спиной ни о чем пока не подозревающего старого паука. Киртрасса стара, умна, опытна. Но мне было достаточно коснуться ее ужасного бугристого затылка ладонью левой руки без перчатки. Как противна склизкая кость, кажущаяся насквозь пропитанной трупным зловонием, покрытая желтизной, кое-где изъеденная тленом. И как прекрасна пульсирующая в скорлупе огромного клыкастого черепа жизненная сила, обещающая мне столь многое и одновременно ничего… Воющий крик агонии гигантского паука был так громок, что послужил своего рода объявлением – а вот и мы! Обрушившаяся к моим ногам груда грязных костей перестала быть единым целым, превратившись в разрозненные обломки. В моей голове звенел тонкий женский крик – молодая девушка, подросток, густые волосы цвета вишневого дерева, глубокие прекрасные глаза, тонкий стан и умоляюще сложенные на пышной груди руки… ее душа прошла через века ужаса, ее воля давно уже исчезла, она превратилось в вечно голодную кошмарную нежить, в древнюю киртрассу. Из всех ее желаний осталось лишь одно – она хотела лишь продолжить существовать и дальше. Любой ценой! Поглощаемая мною сила высвобождала ее душу, отправляя ее на суд божий, но она продолжала кричать…

Прощай, Мивия, я запомню твое имя. И однажды передам от тебя привет твоему истинному убийце – Тарису Некроманту.

Я не ожидал услышать направленный ко мне посмертный шепот, хотя был готов к обрывочным видениям. И это несколько притормозило меня. Но не остановило.

– Ужас! – дружно завопили оставшиеся в живых шурды. – Это Нагоняющий Ужас! Гаарто Ругас! Ругас!

Удар немыслимо прочного топора ударил сначала в живот одного из особо рослых по их меркам гоблинов, а затем, высвободившись, вознесся вверх и тяжко рухнул, перерубив шею согнувшемуся шурду и расколов гранит. Плешивая голова покатилась по каменном крошеву, а Рикар уже шагнул к следующего врагу – на этот раз к человеку в хорошей кольчуге, в шлеме, где забралом служила костяная маска – срезанная с настоящего черепа передняя часть. Здоровяк не успел – костяную маску расколол железный арбалетный болт, до оперения уйдя глубоко внутрь. Воин в кольчуге испустил странный крик, больше напоминающий смех вперемешку со стонами.