Избранный

Но она прижимала к себе Лирик и Рэмпа, укачивая на коленях, а сама опустила голову и зарыдала.

Куин, распластанный под Блэем, пытался спихнуть с себя вес.

— Нет, сперва отдай пистолет, — выдавил Блэй.

Раздался стук металла по дереву, когда Куин выпустил сороковой, и Блэй отшвырнул его в сторону. Потом Куин вырвался из захвата и вскочил на ноги. Он выглядел так, словно побывал в аэротрубе, черные волосы спутались, глаза выпучены, кожа местами покраснела, местами приняла мертвенно-бледный оттенок.

— Все вышли, — приказал Роф. — Родители остаются. Все трое."

"Хоть кто-то признал его статус, — с горечью подумал Блэй.

Переведя взгляд на Куина, он понял, что посреди разразившегося хаоса смотрит на мужчину, которого, как он считал, знает как самого себя.

Но в это мгновенье Блэй смотрел на незнакомца. Абсолютно незнакомого ему человека. Глаза, в которые Блэй смотрел часами, губы, которые он целовал, тело, к которому прикасался, ласкал, которое брал он и которое овладевало им… словно некая амнезия затмила все воспоминания о близости, делая ее настолько блеклой, стирая подчистую.

Вишес вошел в комнату.

— Сначала отдайте оружие.

Когда у Рофа дернулась губа, стало ясно, что он не оценил вмешательство. Но спорить с логикой Ви было невозможно.

Ви проворно осмотрел Куина, сняв с него пару ножей и еще один пистолет… потом настал черед Блэя, он встал, расставив ноги и раскинув руки в стороны, прекрасно понимая при этом, что в нем уж точно никто не сомневался.

— Порядок, — заявил Ви, протиснувшись мимо Короля и выходя в коридор.

— Скажи всем, чтобы расходились, — отрезал Роф.

— Будет сделано.

Толпа рассосалась, повинуясь указу Короля, но они ушли недалеко, очевидно ожидая, что их тряханет еще — и не раз. В любом случае, дверь они не закроют. Куда там, от нее остались одни щепки.

Повернувшись к Куину, Король выругался, а потом сказал:

— Расскажешь, с какого перепуга ты открыл огонь в моем доме?!

Глава 8

Лейла смотрела на троих мужчин, а ее тело тряслось так сильно, что она едва ли смогла бы устоять на ногах. Что придавало ей хоть какую-то крупицу сил? На ее коленях лежали Лирик и Рэмп, укутанные в складках ее халата, защищенные от холода в комнате, они успокоились… но ненадолго.

Фокусируясь на Короле, она хотела вытереть глаза, но боялась хоть на секунду выпустить малышей.

— Она встречалась с Кором, — сказал Куин, дыхание белыми клубами вырывалось из его рта. — За нашими спинами. Все это время… будучи беременной. Я хочу, чтобы ее лишили права видеться с моими детьми, и чтобы ее выгнали из этого дома. Будет это смертный приговор или изгнание… решать тебе.

Жестокое, аристократичное лицо Рофа повернулось к Брату.

— Спасибо, что определил мою роль в происходящем, говнюк.