Клуб избранных

Когда закатные лучи солнца проникли в квартиру покойного антиквара, следователь располагал композиционным портретом мужчины, возможно, преступника, которого видела пенсионерка из окна своей квартиры, расположенной на первом этаже особняка. На счастье, пенсионерка в далёком прошлом была художником-оформителем, поэтому быстро набросала портрет незнакомца.

– Полный абзац! – уныло произнёс следователь. – Старушка, видимо, находилась под сильным впечатлением случившегося, вот и набросала классический портрет злодея: маленькие злые глазки, квадратный подбородок, волосы короткие торчком, лоб узкий, покатый. Даже воротник плаща поднят! В комиксах злодеев именно так и изображают!

– На майора Ковтуна похож! Он из «конторы», я с ним на прошлой неделе по одному делу работал, – буднично произнёс эксперт, бегло взглянув на рисунок через плечо следователя.

– Скажешь тоже! Мне что, докладывать начальству, что предполагаемый преступник носит погоны майора ФСБ? А из всех доказательств – показание впавшей в маразм старушки. Нет уж, увольте!

Квартиру осмотрели и опечатали, ценности описали, труп вывезли. Всё! Можно ставить точку. На канцелярской корочке, чуть выше надписи «уголовное дело», с каждой минутой всё явственней проступал силуэт до боли знакомой и ненавистной в следственных подразделениях птицы.

Когда через два месяца предварительное следствие по факту убийства гражданина Кошеля Г.И. зашло в тупик, птичий призрак реально обрёл свои зловещие черты и самодовольно расправил крылья.

– Глухарь! – горько произнёс убелённый сединами прокурорский следователь и бросил пухлую папку с уголовным делом в сейф. По иронии судьбы уголовное дело легло поверх не менее пухлого дела по факту убийства гражданина Веригова В.Н., числившегося в милицейских досье не иначе, как хакер по кличке Вирус. Объединить эти два дела в одно уголовное производство у следователя никаких оснований не было. Более того: на днях дело по убийству хакера неожиданно затребовало к себе местное отделение ФСБ.

– Баба с возу – кобыле легче! – довольно произнёс седой следователь, подшивая в дело последние справки.

Неожиданно его взгляд задержался на заключении трассологической экспертизы, которое он перед этим подшил, не читая. С минуту он молча взирал на фотографию пули, потом торопливо достал из сейфа дело по убийству антиквара. Сравнив фотографию пули изъятой из черепа антиквара и фотографии двух пуль, найденных в голове хакера, следователь без заключения эксперта догадался, что выпущены они из одного оружия: слишком явно проступали характерные насечки на телах крутолобых девятимиллиметровых пуль от пистолета ПМ.

– Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! – уныло произнёс следователь.