Клуб избранных

– Я знаю! – устало ответила мать.

– Откуда?

– Поговорим позже. Сейчас у меня нет сил, – и, как в прошлый раз, повесила трубку.

Видимо, в этот день у капризной дамы по имени Удача, наконец, сошёлся пасьянс, и Роза не только поступила в институт, но и обрела в лице Никиты Князева ангела-хранителя, который позаботился, чтобы она получила койко-место в институтском общежитии.

В течение всего периода обучения Князев ревниво отсекал от неё все ненужные, по его мнению, связи, что позволило ей избежать раннего замужества и преждевременных разочарований. И однажды, в конце второго курса, тёплой июньской ночью, когда ночной сумрак ещё не сдал свои позиции, а рассвет не набрал силу, Роза обессиленная, но счастливая, уснула на сильном мужском плече. Утром она позвонила матери и сказала только одну фразу:

– Мама, я такая счастливая!

Мудрая женщина всё поняла, и не стала ни в чём упрекать свою беспутную дочь.

– Роза! Я думала, что у меня ещё есть время, поэтому не сказала тебе самого главного: ты будешь любить и будешь любима, но ты никогда не совьёшь семейного гнезда и никогда не станешь матерью.

– Почему, мама?

– Это плата за мой дар. Ты вообще-то должна была родиться мёртвой, но ценой нечеловеческих усилий я выпросила для тебя жизнь, пусть и неполноценную, но жизнь.

– Что же это я, так и буду, как кошка, бродить сама по себе? – растерянно спросила Роза, у которой от праздничного настроения осталось одно воспоминание.

– Смирись, дочь! – грустно промолвила Фатима. – В этой жизни ещё сохранились занятия, в которых замужество является только помехой…

– Это какие же занятия, проституция? – в сердцах перебила её Роза, у которой слёзы подступили к глазам.

– Поплачь! – сказала Фатима. – Поплачь, и тебе станет легче.

Опытная Фатима знала, что посоветовать. Роза проплакала всю ночь. Утром она решительно выкинула все контрацептивы в мусорное ведро и больше никогда не пользовалась ими, но Фатима оказалась права: ей так и не суждено было познать радость материнства.

Когда через много лет она получит оперативный псевдоним Марта, и будет уходить на долгие месяцы «за бугор», она впервые поймёт, что такое одиночество. Поймёт и оценит.

– Нет привязанности – нет ни боли, ни страданий. Покой – достойный заменитель счастья, – сказала она себе и в чём-то оказалась права.

Со временем она научиться любить легко и беззаботно, быстро забывая имена и лица тех, кто вчера ласкал её красивое и жадное до любовных утех тело. Иногда, во время длительного и утомительного перелёта из страны в страну, с континента на континент, когда выпадала редкая возможность не думать о предстоящей работе, она пыталась вспомнить лица тех, кто в любовной горячке шептал ей сокровенные слова.