Избранное (ЛП)

Название в верху страницы говорило о том, что статья представляет собой интервью с леди Бассенуайт, здесь же был помещен ее портрет, а фронтиспис сделан ее мужем.

Совпадение представлялось любопытным, тем более что речь шла о доме, в котором я сейчас находился, и увидел его, если можно так выразиться, глазами его прежних хозяев. Не затратив много времени, я бросил журнал в кучу бумаг, предназначенных для уничтожения. Куча все росла, и когда я, наконец, полностью освободил шкаф, который намеревался разобрать прежде чем отправиться спать, то обнаружил, что уже за полночь.

Я был так поглощен своей работой, что не заметил, как проголодался, и, возможно, дал огню в столовой погаснуть. А потому я направился в столовую, двери которой выходили в маленький сад позади дома, чтобы узнать, как обстоят дела с камином и можно ли отыскать в шкафу что-нибудь съестное. Я оказался удачлив в обоих отношениях, но, перекусив и согревшись, вдруг услышал (или мне показалось, что услышал) шаги по плиточной дорожке в саду снаружи.

Я быстро подошел к окну и отдернул тяжелые занавески, позволив яркому свету излиться из комнаты в сад; и там, вне всякого сомнения, был человек, склонившийся над одной из клумб.

Будучи застигнут врасплох внезапным светом, он выпрямился и, не оглядываясь, помчался в дальний конец сада, с удивительным проворством перемахнул через стену и скрылся.

Но в последнюю секунду, когда он уже находился по другую сторону ограды, я увидел его лицо в тусклом свете газового фонаря, и, к своему неописуемому удивлению, узнал сэра Артура Бассенуайта. Я ни мгновение в этом не сомневался, я был уверен, что не ошибся, по крайней мере не более, чем в случае с ярким светом в спальне, чьи окна выходили на площадь.

Однако, какие бы нежные воспоминания не связывали сэра Артура с садом, когда-то ему принадлежавшим, такое поведение нельзя было назвать подобающим джентльмену, и он не должен был до такой степени давать волю своим чувствам. Более того, там, где сэр Артур проник в сад с такой легкостью, с не большими затруднениями могли проникнуть и другие, чьи намерения никак не были продиктованы сентиментальностью.

Во всяком случае, мне не хотелось, чтобы мой садик оставался таким легкодоступным извне, и на следующее же утро я заказал прочное ограждение с железными шипами, которое следовало возвести вдоль внешней стены. Если сэру Артуру так дорог этот садик, то я был бы рад дать ему разрешение посещать его, что он, вне всякого сомнения, должен был почувствовать во время нашей беседы по телефону, а также во время нашей прогулки, тот же метод, которым он воспользовался, как я уже говорил, показался мне неподобающим. Следующим вечером, без тени сожаления, я мог убедиться, что мой заказ выполнен с надлежащей оперативностью.