Избранное

Если ему захочется посреди званого ужина выйти – он выйдет, не спросив разрешения, даже если у самого короля в гостях будет.

– Нет, они часто умнее других, только… по-своему. Например, в доме – свинья свиньей, зато такие вычисления делает, что лучшие придворные ученые понять не могут, как ему это удается. Или рисует – портрет от оригинала не отличишь. Всегда все по-разному. – Я перевел дыхание. – Но так выходит, когда этих людей с детства обучали тому, к чему они склонны. А если стыдились ребенка, прятали, толком не общались, то вырастет дикарь.

– Как я, да? – тихо спросила Кьярра, и я ответил:

– Именно. Ты умная, сильная, симпатичная, но совершенно не умеешь жить среди людей. И это понятно – ты ведь дракон. Для дракона ты, наверно, совершенно нормальная. Однако для тебя-человека нам личины лучше не придумать. Неприятно, понимаю. На тебя будут коситься, перешептываться, но…

– Какая мне разница, что подумают люди? – перебила она. – Лучше скажи, что мне делать!

– Веди себя, как сейчас, – с облегчением ответил я. – Только стульями не швыряйся. Впрочем… разок можно. Такие люди часто бывают очень сильными, это еще штрих к портрету. Говорить ни с кем не нужно, для этого есть я. Вернее, можешь отвечать на какие-то вопросы, если захочешь, а нет – просто молчи. Если скажешь что-то невпопад, не страшно, только о драконах не упоминай. Жила с матерью, она умерла, теперь о тебе забочусь я – и точка.

– Думаешь, она умерла? – тихо спросила Кьярра.

– Откуда же мне знать? Но лучше говорить так, чтобы избежать расспросов. А я… я по-прежнему буду родственником. Везу дочь дорогой сестры в столицу, чтобы показать светилам медицины: вдруг они сумеют исправить хоть что-то? Годы взаперти даром не проходят, тебе нужно учиться жить в обществе, да и просто – учиться… Об этом не беспокойся, я кому угодно зубы заговорю, – заключил я. – А тебе достаточно знать: дядя Рокседи твой единственный родственник. В его планы ты не посвящена, но он обещал тебе большой дом с красивым парком, обновки и новых друзей.

– Почему новых, если не было никаких?

– Иногда другом называют даже куклу, сделанную из чурбачка, – ответил я. – Вот она – старый друг. А новых еще предстоит найти.

– Куклы у меня не было, – сказала Кьярра, явно с трудом припомнив, что это такое. – И друзей тоже, только мама. Но я нашла тебя. Ты ведь друг?

– Во всяком случае, – произнес я после долгой паузы, – я не враг. Извини, я не разбрасываюсь этим званием и не могу назвать кого-то другом после нескольких дней знакомства. Мы с тобой – товарищи по несчастью, напарники, если угодно, но не друзья. Во всяком случае, пока.

– Хорошо, – неожиданно улыбнулась она. – Мама говорила: не верь тому, кто сразу называет себя твоим другом. Ему наверняка что-то от тебя нужно.