Избранное

Везунчик же пофыркал немного, да и успокоился. Он ведь уже был знаком с Хадриссом, да и меня на спине потаскать успел.

– Ясенец! – вспомнил я. – Где седельные сумы? Там был маленький мешочек, и если ты сунул туда нос…

– Я дурак, что ли? – обиженно спросил он. – Я ж помню, что у тебя там камни для гадания, а это трогать нельзя! Вон седло лежит, остальное там же.

– Надо же, голос разума! – хихикнула Эсси.

Почему она так веселилась, я понять не мог, но решил, что спрошу потом. Пока нужно раскинуть камушки. Вместе с новыми, конечно, посмотреть расклад.

В слабом свете костерка (из прибрежного кустарника и камыша ничего сильнее не разожжешь) я смог разобрать только, что сам я, Везунчик и Эсси остаемся вместе. А вот новый камень, красивый кварцевый окатыш с желтоватыми прожилками, явно Эррис, нас покидал. И тот камушек, что обозначал Ясенца, – тоже. Причем упали они совсем рядом, и это было странно: где оборотень и где колдун! А еще рядом почему-то оказался тот непонятный камушек, которым мы половину леса чуть не разнесли.

«Ну да ладно, об этом я утром поразмыслю», – решил я, а пока спросил Ясенца:

– Ты говорил, твой дед был знахарем, да и ты лечить немного умеешь, так?

– Ну да, – осторожно ответил он.

– Тогда скажи, от падучей средства есть?

Ясенец глубоко задумался.

– Нету, – сказал он наконец, и Эррис вздрогнул. – Если с ней родился, с ней и помрешь. Но дед говорил, есть кое-какие травки. Если их правильно заварить и вовремя пить, то сильно корчить не будет. Ну и если почувствует человек, что скоро приступ, успеет еще кое-что выпить. А раз успеет, то вообще без судорог обойдется. Так, нехорошо будет, но пережить можно… А тебе зачем?

– У него, – кивнул я на Эрриса, – эта дрянь. Ты себе представляешь оборотня с падучей?

– Нет, – с дрожью в голосе ответил Ясенец, – и не хочу представлять. Страшно.

– Вот именно. А он, видишь ли, наследник престола…

Колдун приоткрыл рот и захлопал глазами, выслушав историю Эрриса.

– Да не брешите! – выдал он. – Вы это выдумали!

– Я могу поклясться честью и жизнью, что это правда, – негромко произнес оборотень. – Да только что из меня за правитель… Если, говоришь ты, благодаря зельям я могу прожить без припадков, то что будет с моими детьми? Какими они уродятся?

– Говорят, это не всегда по наследству передается, – беспечно ответил Ясенец. – Можно сперва на наложницах попробовать, вроде у вас их много бывает? Ну или рабыни там… Ты же с юга? Ага… Ну вот, хоть один да будет здоровым. Ну или брата назначишь наследником, племянника, еще кого, дел-то…

Они вполне уже по-приятельски заспорили о вопросах престолонаследия, а Эсси тихо спросила:

– А тебе не кажется, Север, что хоть Ясенец почти ничего не умеет, но знает оч-чень и очень много?

– Кажется, причем уже давно, – кивнул я.