Великое избавление

Воплощение мечты среднего класса: кирпичный фасад, островерхая крыша, красная черепица, сводчатые окна с белыми занавесочками, за ними по обе стороны от полированной парадной двери — гостиная и столовая. Пристроенный гараж на одну машину, на втором его этаже — терраса с белой металлической крышей. Там, на террасе, они и увидели Тессу Тейс.

Женщина вышла на террасу полить цветы. Светлые волосы струятся на ветру. Хризантемы, георгины, ноготки. Яркие краски осени на фоне белой металлической ограды. Заметив машину, женщина приостановилась, лейка застыла в воздухе. В полуденном свете казалось, что она сошла с полотна Ренуара.

Линли мрачно отметил, что выглядит Тесса все так же, как на фотографии, снятой девятнадцать лет назад и бережно хранимой в домашнем святилище Тейса.

— Вот вам и плата за грехи, — проворчал он.

8

— Может быть, «портрет Дориана Грея» спрятан на чердаке, — предположила Барбара.

Линли удивленно глянул на нее. До сих пор она так подчеркнуто старалась вести себя хорошо, быстро, с готовностью исполняя любой его приказ, что услышать, как она изменила своей сдержанности и попыталась пошутить, было неожиданностью — приятной, разумеется.

— Браво, сержант, — поздравил он ее. — Посмотрим, что скажет нам миссис Маури.

Женщина поджидала их у двери. Ее взгляд перебегал с одного лица на другое, растерянный и даже, кажется, слегка затуманенный слезами.

— Доброе утро, — произнесла она. Здесь, вблизи, уже было видно, что возраст ее приближается к сорока годам, но волосы оставались ослепительно солнечного цвета, фигура легонькая, кожа с небольшой россыпью веснушек не тронута морщинами.

Линли предъявил полицейское удостоверение.

— Скотленд-Ярд, следственный отдел. Разрешите войти, миссис Маури?

Взгляд ее метнулся от Линли к угрюмому лицу Хейверс и вернулся назад.

— Конечно. — Ровный, вежливый, даже приветливый голос, но в движениях какая-то напряженность, скованность, выдающая сильное волнение.

Они прошли налево, в открытую дверь и попали в гостиную. Беспомощным жестом хозяйка указала на кресла, предлагая сесть. Со вкусом обставленная комната, современная мебель из сосны и орехового дерева, мягкие и нежные осенние тона. Где-то отсчитывали время часы — невесомый, торопливый звук, похожий на удары пульса. Ничего похожего ни на яростный беспорядок, царящий в доме Оливии Оделл, ни на механическую аккуратность фермы Тейса. В этой комнате, очевидно, собиралось любящее семейство. Там и сям — фотографии, сувениры, привезенные из отпуска, среди книг — несколько настольных игр, колода карт.

Тесса Маури облюбовала стул в дальнем углу, где почти не было света, присела на самый краешек, выпрямив спину, скрестив ноги и сложив руки на коленях.