Великое избавление

Имя Габриэль вполне подходило этому тоненькому юноше с блестящими светлыми волосами, младенчески гладкой кожей и словно бы еще не окончательно сформировавшимися чертами лица.

— Мне с-следовало с-сразу п-поговорить с вами, — пролепетал он, заикаясь и краснея. — К-как т-только вы п-приехали. Но м-мне с-сказа-ли, в-вы с-сами п-придете, когда вам ч-что-ни-будь б-будет нужно.

— Несомненно, это сказал Нис, — предположил Линли. Его собеседник застенчиво кивнул, пропуская гостей в дом.

На столе стоял один прибор. Констебль поспешно поставил тарелку на место, обтер руку о штаны и протянул ее Линли.

— Р-рад п-познакомиться с в-вами. П-прости-те, что… — Краска все сильнее заливала его скулы и шею. Он беспомощным жестом коснулся губ, будто пытаясь исправить дефект речи или извиниться за него. — Ч-чаю? — предложил он.

— Спасибо, не откажусь. А вы, сержант?

— Да, спасибо, — подхватила Хейверс.

Констебль кивнул с явным облегчением, улыбнулся и поспешил в маленькую кухню, примыкавшую к гостиной, где они находились. Коттедж, насколько могли судить посетители, был рассчитан на одного человека — спальня да гостиная, но здесь было безукоризненно чисто, пол подметен, пыль вытерта, мебель отполирована. Единственное, что портило картину — слабый запах мокрой псины. Источник этого запаха лежал на изжеванном и потертом коврике, греясь у электрического камина. Это был белый шотландский терьер. Приподняв голову, пес окинул пришельцев глубокомысленным взглядом, зевнул, вывалив длинный розовый язычок — и снова благодушно уткнулся носом в струю электрического тепла. Лэнгстон вернулся с подносом. За ним по пятам следовал второй терьер. У этого характер оказался поживее — пес сразу же бросился к Линли, радостно его приветствуя.

— Л-лежать! — Лэнгстон выкрикнул это настолько резко, насколько позволял его мягкий голос. Пес нехотя повиновался, а затем потихоньку убрался в другой конец комнаты к своему родичу и рухнул рядом с ним у камина. — В-вообще-то они славные ребята, инспектор. Извините.

Линли отмахнулся от извинений. Лэнгстон разливал чай."

"— Продолжайте ужинать, констебль. Мы с Хейверс явились к вам не вовремя. Давайте поговорим, пока вы будете есть, не то все остынет.

Лэнгстону, по-видимому, это не представлялось возможным, хоть он и попытался вновь приняться за еду.

— Насколько я понял, отец Харт позвонил вам сразу же, когда нашел тело Уильяма Тейса, — приступил к делу Линли. Его собеседник с готовностью кивнул, и инспектор продолжал: — Когда вы прибыли на место, Роберта все еще находилась там? — Очередной кивок. — Вы сразу же вызвали подкрепление из Ричмонда? Почему? — Линли пожалел, что задал этот вопрос. «Дурак я», — обругал он себя.