Великое избавление

Те же точеные черты, глубокая тень в ямочке подбородка, темные, гораздо темнее волос, брови, крупный породистый нос.

— Предположим! — строптиво ответил художник.

— Рисовали сегодня на болотах?

— Именно.

— Найджел Парриш говорил, вы хотите запечатлеть пейзаж при дневном и вечернем свете.

Это имя вызвало соответствующую реакцию. Цепкий взгляд:

— Что еще он вам наговорил?"

"— Он видел, как Уильям Тейс выгонял вас из своих владений. Кажется, теперь вам тут никто не мешает?

— Гибсон мне разрешил, — отрезал Эзра.

— В самом деле? Мне он об этом не говорил.

Линли еще раз глянул на тропинку — крутая, каменистая, в глубоких выбоинах. Не место для праздных прогулок. Художнику, видно, и впрямь было важно добраться до дальнего болота. Линли обернулся к своему собеседнику. Послеполуденный ветерок, веявший на пастбище, растрепал светлые волосы Фармингтона, и солнце подсвечивало их кончики. Теперь понятно, почему он предпочитает такую прическу.

— Мистер Парриш упомянул также, что Тейс уничтожил несколько ваших работ.

— А он не сказал заодно, какого черта он сам тут ошивался в тот день? — вопросил Фармингтон. — Черт меня побери, уж об этом-то он вам не говорил.

— По его словам, он провожал собаку на ферму Тейсов.

Лицо художника исказилось насмешливой гримасой.

— Провожал на ферму собаку? Курам на смех! — Он с яростью воткнул ножки мольберта в рыхлую землю. — Найджелу не откажешь в умении подтасовывать факты, а? Я с легкостью угадаю, что он вам сказал. Дескать, мы с Тейсом ругались насмерть посреди дороги, а он себе шел, никого не трогал, провожал домой бедную слепую собачку. — Фармингтон нервозно провел рукой по волосам. Все его тело содрогалось от ярости. Того гляди, сожмет кулаки и полезет в драку. — Господи, этот человек доведет меня до исступления.

Линли только брови приподнял, но Эзра сразу же понял намек:

— Полагаю, это звучит как признание вины, да, инспектор? Вы лучше сходите еще раз к Найджелу и поинтересуйтесь, за каким дьяволом он бродил в тот день возле Гемблер-роуд. Уж поверьте, этот пес нашел бы дорогу домой даже из Тимбукту. — Тут Эзра расхохотался. — Собака-то была куда умнее Найджела. Впрочем, это не такой уж комплимент.

Линли хотел бы понять, отчего Фармингтон впал в такое неистовство. Его ярость была совершенно искренней, не наигранной, но столь страстное излияние гнева совершенно не соответствовало ситуации. Казалось, этот человек давно уже чем-то терзается и силы его на исходе. Чаша его терпения переполнилась.

— Я видел вашу работу в Келдейл-лодже. Манера, в которой вы пишете, напомнила мне Уайета. Вы этого и хотели?

Сжавшийся было кулак обмяк.

— С тех пор прошло много лет. Тогда я еще не выработал свой стиль. Не смел довериться своей интуиции и подражал всем кому ни попадя.