Камея из Ватикана

– Да ну тебя, – в сердцах сказала Саша. – Кто ее убил? Зачем?

– Я не знаю кто, – сердито ответила Тонечка. – А убили, должно быть, из-за камеи. Камея исчезла!..

Федор Петрович махом сел на растерзанный диван, потер лицо и проговорил:

– Камея из Ватикана. Тетя Лида ее любила.

– Это мы и так знаем, – пробормотала Саша. – Пожалуй, я пойду. Вдруг интернет подцепился!..

Тонечка взяла ее за руку, словно собиралась таким образом удержать.

– Вы расскажите, – попросила она Федора Петровича, – про вашу тетю! Почему она жила в Голландии и папа римский делал ей подарки.

И незаметно пожала Сашину ладошку.

– Да вы присаживайтесь, – спохватился Федор Петрович.

Тонечка плюхнулась на стул и заставила Сашу сесть рядом.

Она была уверена, что Саша должна все узнать и про Лидию Ивановну, и про ее тайную жизнь, и про камею от самого Федора Петровича. Тонечке казалось, что история Федора Батюшкова важна и нужна Саше Шумаковой, которая с такой горькой и тихой досадой сказала про него утром, что «опять ничего не вышло»!..

– Так откуда взялся папа римский? – напомнила Тонечка, потому что Федор молча смотрел перед собой, словно забыл про них. – Или это… – она поискала слово, – семейная легенда?..

– Да ну, какая легенда, – Федор Петрович поморщился, словно она сказала глупость. – Я прекрасно помню, как дяде вручили камею. В Ватикане был специальный прием. В саду. Меня тоже взяли, хоть и не приглашали, я маленький был, лет двенадцать! Я даже помню, как дядя согласовывал мое присутствие с папской службой протокола.

Саша вздохнула и поднялась.

– Тоня, я пойду, – сказала она. – Пусти меня. Ну, правда, слушать тошно!..

Федор Петрович понял это по-своему и удивился:

– Ничего подобного, прекрасный получился прием. Мне, конечно, скучно было, но дядя сказал, зато я запомню его навсегда. И я запомнил.

Сценарист в Тонечкиной голове очнулся от дремы, привскочил и, вооружившись пером и длинным свитком, приготовился сочинять.

Глаза у Тонечка заблестели."

"– Они дружили? – поинтересовалась она и дернула Сашу за руку так, что та опять села. – Папа римский и ваш дядя?

Федор Петрович вытаращил глаза:

– Разумеется, они не дружили, что за глупость?

– Тогда почему Папа подарил вашему дяде камею и устроил в его честь прием?..

Федор Петрович с силой произнес:

– У-уф. Прошу прощения, я все время забываю!.. Вы же не общались с тетей.

– Нет. Не общались.

Он обвел глазами комнату, задержался взглядом на портрете и предложил решительно:

– Давайте продолжим у вас, Антонина. Мне здесь… тошно, как выражается ваша подруга.

– Давайте, – моментально согласилась Тонечка и поднялась.

– Я только проверю одну свою догадку. С вашего разрешения.

Вышел в соседнюю комнату и загремел там чем-то.

– Он не в себе, – прошипела Саша.