Из мухи получится слон

И чего им неймется? Сколько славных домиков попадалось на пути, что за привередливость, — ворчала я. — Не понимаю, почему бы их знакомым не жить где-нибудь поближе к станции. А для нас с тобой было бы лучше…

Что было бы лучше для нас, мне не удалось довести до сведения Наташи. А потом уже никогда не удалось вспомнить, о чем я собиралась тогда поведать. Потому что наша таинственная троица свернула в жуткий темный проулочек, о существовании которого я самостоятельно ни в жизнь бы не догадалась. Так, тропинка, ответвляющаяся от основной дороги, тоже не особенно широкой, кстати говоря. Она была просто смехотворно узенькой. Недоумевая про себя, как людям удается переставлять здесь ноги, мы попытались пройти по ней. Первая попытка оказалась неудачной. Потеряв равновесие, мы дружно ухнули в высокие мягкие сугробы, среди которых и змеилась тропка. Я упала налево, а Наташа почему-то направо. Судя по звукам, доносившимся откуда-то спереди, у негодяев возникли те же проблемы. После первой неудачи я приноровилась, высоко поднимая ноги на манер цапли, ставить их цепочкой. Я поделилась открытием с Наташей и в следующий раз упала уже направо. Ну а Наташа — налево. Так что мое открытие не особо нам помогло. Снег забился в мои перчатки и ботинки и потихоньку принялся там таять, как и полагается всякому приличному снегу. Из перчаток мне удалось его вытряхнуть, но, чтобы разуться, пришлось бы балансировать в течение некоторого времени на одной ноге, а такое физическое упражнение было мне пока не под силу.

— Если я падаю, даже стоя на двух ногах, то и ежу понятно, чем закончится такая акробатика, — пробормотала я и отказалась от попыток избавиться от снега в ботинках.

Нашпигованные снегом по самые уши, мы с Наташей медленно, но неуклонно продвигались вперед. Мы то и дело натыкались на следы падения в снег кого-то из наших противников, шедших впереди. Мысль, что они страдают не меньше нас, утешила нас ненадолго. Мы живо смекнули, что обычные люди не склонны блуждать зимними вечерами по заснеженным пространствам, если у них нет конечной цели путешествия. Места, где их с нетерпением ждут. Где для этих подлецов уже подготовлен горячий чай и не менее горячий прием. Может быть, им даже дадут бутербродов.

Представив аппетитную гору из кусочков белого и черного хлеба, намазанных маслом и украшенных сыром, ветчиной, паштетом из гусиной печени, колбасой или фруктовым джемом, я, тихонько застонав, потеряла бдительность и сразу была наказана за это потерей равновесия в очередной раз. Молча выкарабкавшись с помощью Наташи из снега, я замерла, прислушиваясь. Скрипа шагов на тропинке больше не раздавалось. Зато впереди и слева раздавались три голоса, которые спорили так громко, что отдельные слова долетали и до нас.