Суженые из другой галактики. Отбор для землянки

Ноги горели от бесконечных танцев, а голова слегка кружилась от вина и переполняющих эмоций. Я решила передохнуть и вышла на закрытый балкон, отведенный только для райфис. Отдохнуть немного от танцев решила не только я. У перил стояла Маша, задумчиво глядя на звёздное небо Виэрии.

— Алиса! — она вздрогнула, заметив меня, но тут же расслабилась. — Я так переживала за тебя. Та... истеричка была невероятно груба.

Я поняла, что она имеет в виду мать Сейзара.

— Всё в порядке, — успокоила я её, прислоняясь к перилам рядом. — Главное, что всё обошлось. Да и имир вмешался.

— Ох, да... Такой пугающий, да? — Маша поёжилась.

Я задумалась. Пугающий? Ну, нет. Он внушал не страх, а скорее благоговение. И уважение — особенно после того, как защитил не только меня, но и всех райфис перед этими высокомерными адаронками.

— Я как-то читала про Совет Десяти, — продолжила Маша, перебирая складки своего платья. — Мне стало интересно, и кое-что добавил Лирас.

Если честно, я мало что знала о Совете, кроме того, что это местная власть, управляющая Адароном. На корабле нам говорили, что они — бывшие главы самых сильных родов, оставившие свои семьи, чтобы посвятить жизнь благу планеты.

— Так вот, — Маша понизила голос, словно боясь, что нас подслушают. — Они не просто оставили семьи. Они полностью отказались от продолжения рода. Единственная их забота — Адарон.

— А как же наследники? — удивилась я. — Кто занимает их место после?

— Место в Совете не наследуется, — объяснила она, пожав плечами. — Члены Совета сами выбирают преемника, но только если тот согласен навсегда отказаться от... ну, мирской жизни.

— Понятно, — кивнула я, пытаясь уложить это в голове. Но кое-что всё равно не сходилось. — Но лиафрит? Просто подпитываться энергией от питомцев... Этого же недостаточно. От того и умирают некоторые мужчины, так и не получив чистой энергии женщины.

Да и имир не показался мне полупустым... Словно полон сил и энергии. Маша покраснела.

— А вот это я уже не успела спросить, — пробормотала она, отводя взгляд. — Лирас… отвлёк меня... ласками...

Я улыбнулась, понимая ее. Эти адаронцы умеют заставить забыть обо всём на свете — кроме их рук, губ и того, что они ими вытворяют.

— Понятно, — просто кивнула я, не развивая тему. Маша и так была самой стеснительной из нашей компании. — Как твои новые мужья?

— Мне кажется, всё будет хорошо, — она улыбнулась. — Когда я называла их имена, метка на руке пульсировала. Скорее всего, при официальном оформлении брака метки появятся и у них.

— Ну и хорошо. А их семьи?

Маша скривилась.

— Есть одна недовольная. Но остальные... очень милые. Кажется, я понравилась новым родственникам.

Она взглянула в сторону бального зала, и её губы растянулись в улыбке. Я проследила за её взглядом — её звали ее мужчины.