Зимний излом. Том 1. Из глубин

Не правда ли, Дитрих?

Названный Дитрихом высокий сероглазый блондин укоризненно покачал головой:

– Это моя троюродная тетушка Фредерика не смогла пройти мимо черноглазого кавалера. Зато ее младшая сестра отдала сердце известному вам генералу Вейзелю. Одна семья – и такие разные вкусы... Ну, а я, как вы поняли, Дитрих. Дитрих Лаузен. Капитан порта и кузен этого кэналлийца, которого дриксы с полным основанием прозвали Бешеным, но вы садитесь. Торчащие столбы мир не украшают.

Луиджи послушно сел, троюродные кузены налетели на долговязого сухаря, оказавшегося генерал-интендантом по имени фок Клеффис, и фельпец вернулся к картине. На полотне война казалась великолепной. Не хуже морских баталий, украшавших отцовский палаццо. Летящие кони, блеск, порыв, мощь, бессмертие... Художник не нарисует покалеченную девушку на окровавленных досках и затоптанного лошадьми раненого, художникам платят за красивые победы.

– Я рад приветствовать вас в Талиге, капитан Джильди. – Курт Вейзель от души пожал руку фельпцу и с достоинством опустился в кресло рядом. – Ваше появление – добрый знак.

– Я передал коменданту Алвасете, что иду в Хексберг.

– Рэй Эчеверрия прислал курьера, но моряки, как никто, зависят от капризов стихий.

– О, – махнул рукой Луиджи, – стихии на нашей стороне. Мы взялись за весла лишь вчера.

– Флоту Альмейды тоже повезло, – значительно произнес бергер, – если, конечно, это является везением.

Вейзель не верил в удачу, иначе б он не был Вейзелем. И уж тем более он не был бы самим собой, перестань он хмуриться и поджимать губы. Артиллерист всегда ждал худшего, кавалерист Савиньяк – лучшего, но Эмиль остался в Фельпе.

– Маршал Савиньяк передает вам привет, – соврал Луиджи, полагая, что хуже от этого никому не будет.

– Благодарю, – заверил бергер, – я высоко ценю способности Эмиля Савиньяка. А теперь разрешите назвать вам присутствующих офицеров. Тот, что пишет, – командующий гарнизоном Хексберг, генерал от инфантерии Пауль фок Таннер. Трое у окна...

– Мы уже знакомы, – улыбнулся фельпец, – адмирал Вальдес объяснил мне, почему его зовут Ротгер.

– Ему бы следовало объяснить вам положение, в котором мы находимся, – нахмурился артиллерист. – Легкомыслие Вальдеса до некоторой степени искупается его несомненным воинским талантом.

Зато серьезность Вейзеля остепенила бы сотню кэналлийцев, и все-таки Луиджи был рад его видеть.

– Вы уже где-то остановились? – бергер строго взглянул на Луиджи. – Если нет, будет логично, если вы присоединитесь ко мне и капитану Рангони. Мы живем в доме племянника моей жены. Это уже известный вам Ротгер Вальдес. Увы, он еще не обзавелся семьей.

Огромные часы, увенчанные резным остробашенным замком, пробили шесть раз. Вейзель нахмурился, но сказать ничего не успел.