Иудея Христа. Рождение новой веры

Иисус, не возражая в принципе против того, чему учили фарисеи, говорил своим последователям: «…на Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи; итак все, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте; по делам же их не поступайте, ибо они говорят, и не делают: связывают бремена тяжелые и неудобоносимые и возлагают на плечи людям, а сами не хотят и перстом двинуть их» (Мф. 23: 2–4).

Чаще всего столкновения между Иисусом и фарисеями происходили из-за правил соблюдения субботы. Как известно, одна из десяти синайских заповедей, полученных Моисеем от Господа, определяет седьмой день недели – субботу, как день покоя и отдыха для всех. Однако в Пятикнижии (Письменной Торе) законы соблюдения субботы не конкретизированы. Зато они детально разработаны в Устной Торе. Но Иисус относился к ней как к законам не от Бога, а от людей. Если фарисеи считали, что суббота существует для Бога, то Иисус утверждал обратное: «суббота для человека» (Мк. 2: 27). Поэтому человек не должен страдать в субботу ради соблюдения законов, установленных самими людьми для этого дня.

Вместе с тем Христос признавал, что среди фарисеев и книжников встречалось немало людей праведных и близких к «Царствию Божию» (Мк. 12: 32–34). Одним из таких был фарисей Никодим, о котором подробно упоминает Евангелие от Иоанна (Ин. 3: 1—12).

Суровое осуждение Иисусом тех фарисеев, кто искажал суть законов иудаизма и не исполнял сам того, к чему призывал других, было значительно усилено авторами Евангелий. Ведь фарисеи стали главными идейными противниками первых христиан. Яростная полемика между первыми и вторыми объяснялась их общим духовным наследием – Ветхим Заветом (Танахом) и тем, что раннее христианство, собственно, «выросло» из фарисейского направления иудаизма. Как всегда в истории, самые горячие споры происходят между сторонниками наиболее близких идеологий. Отягощенная этой борьбой новозаветная литература превратила имя фарисей в синоним лицемера.

Путь на крест и к новой надежде

Понтий Пилат, бывший тогда римским прокуратором Иудеи, относился с большим подозрением к каждому проповеднику, пользовавшемуся влиянием в народе. Зная свободолюбивый нрав иудеев и их неприятие власти язычников, он не без основания опасался, что любое религиозное движение может рано или поздно перерасти в антиримское восстание. Не случайно он заставил Ирода Антипу арестовать, а потом и казнить Иоанна Крестителя. И хотя евангельская версия обвиняет в смерти Иоанна только жену Ирода Антипы, Иродиаду, в действительности куда более убедительной выглядит точка зрения историка Иосифа Флавия, можно сказать, почти современника тех событий. Флавий утверждает, что именно страх властей перед влиянием Иоанна на народ был главной причиной его казни.