Исцеление любовью

 – И если уж на то пошло, почему не объявила об этом всему миру? Если бы я написал самую популярную книгу Англии, я кричал бы об этом на каждом углу!

– Разве я могла об этом рассказать? Я испортила бы всем удовольствие и выставила своего отца обманщиком.

– Он и был обманщиком. Трусливым и бесстыдным мошенником, который присвоил себе всю славу, которая причиталась тебе за усердный труд.

Иззи покачала головой, доставая из буфета яйца.

– Поначалу он просто старался защитить меня. Я была еще слишком молода. Издатели даже не взглянули бы на «Сказки», если бы знали, что их написала я. Мне не нужны были поклонники и внимание. А отец искренне радовался преклонению читателей. Мне же больше нравилось писать.

– И так продолжалось, пока он не умер, а ты не лишилась всего сразу. Неужели ты не скучаешь по прежним временам?

– Конечно, скучаю. Ужасно скучаю. – Даже теперь, по прошествии более чем года, ее не покидало ноющее чувство тоски от потери, которую, как она твердо знала, не восполнить ничем. – Но что я могу поделать? Я не могу публиковаться под именем отца: все его произведения по закону принадлежат Мартину. А если я отправлю их в издательство под своим именем, рукопись отошлют обратно. Скорее всего, так и не заглянув в нее.

– Откуда ты знаешь, если ты даже не пробовала?

– Ты не понимаешь, Рэнсом. Ты просто не видишь.

Он обидчиво вскинул голову.

– Не понимаю, при чем тут моя слепота.

– При всем. – Она вздохнула.

Его слепота имела к этому разговору самое прямое отношение.

Ни один мужчина никогда еще не обращался с ней так, как Рэнсом. Для всех она оставалась маленькой, непривлекательной и незаметной. Но ее слова на странице значили гораздо больше. Они могли внушать восхищение и оказывать влияние. Они казались могущественными.

Но только когда все считали, что это не ее слова.

Иззи смирилась с тем, что так всегда было и будет. Лучший выход для нее – оставаться невидимой. Вот почему она описала себя как красавицу с изумрудными глазами и гладкими волосами цвета янтаря. Настоящая Иззи просто была недостаточно хороша.

Так было до недавнего времени. Но для Рэнсома хороша оказалась настоящая Иззи. Он даже представить себе не мог, как много это значит для нее. А она всеми силами старалась объяснить это.

Она пожала ему руку.

– Подожди, сейчас я испеку тебе блинчики.

Он наблюдал, как она разбивает яйца в миску.

– Кто научил тебя печь их? – спросил он. – Ваша кухарка?

– У нас не было кухарки. Единственным источником дохода моего отца были занятия с полудесятком учеников. Пока сказки не приобрели популярность, нам никогда не хватало денег на слуг. – Она налила в миску молока, просеяла туда же мерку муки и принялась мешать тесто ложкой. – У нас не было ни кухарки, ни горничной, ни гувернантки. Только мы с папой.