Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

С недоумением посмотрев на почти белоснежные щепки, рывком откатился в сторону.

Пока я кувыркался, один из бойцов закинул-таки две гранаты в пустой проем окна. Через несколько секунд раздались два глухих хлопка.

– Вперед!

– Ур-ра-а! – подбадривая себя, бежали бойцы.

– Эй, а вы куда?! Я вам что сказал? Берегите наши тылы, следите за подступами! – остановил Кречетова и Микояна.

– Так мы, товарищ майор… – начал было оправдываться ведомый.

Пришлось рявкнуть:

– Бегом на боевую позицию!

Терять опытных летчиков не хотелось, всем известно изречение «пуля – дура!». Поэтому и старался держать парней подальше от боя. А тут, смотри-ка, ослушались! Оставили одного из освобожденных, что по здоровью не мог участвовать в захвате деревни, и побежали подвиги совершать!

Вернемся, заставлю картошку чистить.

Через минуту все было кончено. Отослав во главе с Семенычем трех бойцов к обрывистому берегу, где планировалось развести костер, велел прихватить дрова и сразу поджечь их. Если катер неподалеку, то он сразу заметит нас.

Двоих отправил обыскивать дома и собирать трофеи, остальных с пулеметчиком послал к своим бойцам – пусть следят за дорогой, нежданные гости нам не нужны.

– Вот, товарищ майор. Берданка, мы с такими в августе воевать начали, когда нас призвали. Все, что было, со складов тогда выгребли, – крутя в руках знакомую мне винтовку, доложил один из красноармейцев, лет за сорок.

– Видел такие, из одной даже пострелять пришлось, – повертев в руках эту довольно старую винтовку, размахнулся и зашвырнул ее за забор, к кустам, рядом с которыми паслась коза.

– Там эта старуха живая. Забилась за печку и верещит что-то.

– Да хрен с ней! Вон наши бегут. Разведчики. Заканчивайте, похоже, что-то случилось, – рассеянно ответил я, после чего посмотрел в сторону моря. Там в двух километрах от берега виднелся хищный силуэт бронекатера. Не обманули, действительно ждали.

Поглядев, как катер подходит к небольшой пристани, где покачивалась довольно большая лодка, я развернулся и зашагал к домам, у которых суетились бойцы. Трофеи были хоть и небольшие, но были, вот сейчас их и – упаковывали, не обращая внимания на верещание старухи, бегавшей вокруг. Хотя почему она защищала вещи немецких солдат с постов, стоявших тут на постое, не знаю, может, боялась последствий, но вопила она – знатно.

От одного из сараев вдруг повеяло знакомым запахом, поэтому траектория моего движения плавно изогнулась, в конце концов упёршись в одну из стен этого строения.

– Да быть такого не может! – изумился я, разглядывая через щель развешенное там богатство.

Глянув на замок, достал маузер и отстрелил дужку, после чего распахнул одну из створок и вошел внутрь.

– Ого! А я-то думал, зачем стрелял?! – послышался сзади голос Рябова.

– Ага.