Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

– Давай первым! – велел он, тревожно глядя назад. По всем прикидкам, немцы уже должны были показаться, но почему-то задерживались.

Идти по звериной тропе было невозможно, сперва мы позли метров сто по-пластунски, потом стало получше, но все равно кое-где приходилось идти то сильно согнувшись, то гусиным шагом.

– Перекур, – тяжело дыша, наконец выдохнул особист и сел, положив автомат так, чтобы можно было сразу стрелять в ту сторону, откуда мы только что приползли.

– Я, честно говоря, охреневаю от такой ситуации: бегаем от немцев, и где!!! В своем же тылу!

– Тише говори и старайся не сбивать дыхание.

– У меня с дыханием все в порядке, – ответил я уже тише.

– Да знаю. Каждый день спозаранку вокруг аэродрома бегаешь, часовых пугаешь.

– Здоровый дух в здоровом теле, – был мой ответ.

– Отдохнул? – Никифоров поймал мой насмешливый взгляд, хмыкнул и скомандовал: – Пошли дальше.

В конце бурелома, когда мы перебрались через глубокий овраг, нам снова пришлось ползти под стволами упавших деревьев, стараясь сильно не шуметь.

– Все, вроде дальше обычный лес, – сказал я, выглядывая из кустарника, куда вывела нас тропа.

– Значит, правильно в то ответвление не свернули, а то черт его знает, куда бы оно нас привело.

Внимательно осмотревшись, мы, прикрываясь деревьями, двинули дальше.

– Говорят где-то, – остановившись, сказал я, внимательно прислушиваясь.

– Там вроде, – указал особист стволом автомата направление.

– Наши?

– Сейчас узнаем, давай за мной.

Дальше лес выходил на дорогу, где стоял строй бойцов, по моим прикидкам – не меньше батальона. Я посмотрел на хмурого Никифорова, он, кинув на меня взгляд, велел лечь на землю и ползти за ним.

Отодвинув стволом маузера мешавшую мне смотреть ветку, я с интересом стал наблюдать за происходящим. То, что мы поступили правильно, понял только тогда, когда услышал пламенную речь командира НКВД с перевязанной головой, рядом стоял мотоцикл с люлькой, на котором он, видимо, приехал.

– …убили… нашего героя… летчика Вячеслава Суворова. Преследование немецких диверсантов не дало успеха. Подразделение попало в засаду и понесло большие потери. Так что слушайте мой приказ. Диверсантов уничтожить. После боя их выжило двое. Один в форме политрука ВВС, другой – лейтенанта ВВС, преступники вооружены и очень опасны, поэтому, как только их обнаружите, огонь на поражение, – после чего что-то сказал рядом стоявшему командиру, тот тут же заорал:

– Батальон! Слушай мою команду! Первая рота цепью…

– Уходим быстро, – тихо прошептал Никифоров.

– Может, выйти и сказать, что это я Суворов?

– Они тебя сперва свинцом нашпигуют, а потом смотреть будут, кого подстрелили. Уходим.

Мы снова отползли, после чего, прикрываясь деревьями, направились в глубь леса.