История одной ненависти

– Права собственности на квартиру и сервис, – ответил без эмоций и уставился на огонь.

Я снова пролистала бумаги и перечитала, убеждаясь, что мне не мерещится.

– На моё имя?

– Как видишь, – произнес и кивнул, – Мяготина Александра Анатольевна пять лет назад пропавшая без вести, объявилась и заявила о своих правах на имущество, которое ей досталось от родителей. Сроки ты проебала, потому что сбежала, но мои адвокаты подтянули эти моменты и вернули тебе то, чего ты лишилась пять лет назад.

Я аккуратно сложила бумаги в папку обратно и опустила ту на столик между креслами, а потом взяла в руки бутылку, из которой наливал себе Яр и приложилась к ней. Первый глоток встал в горле, и я закашлялась, вытерла губы тыльной стороной ладони и снова выпила сквозь застлавшие глаза слезы. Виски на голодный желудок – вещь непредсказуемая, но я настолько устала от всего этого, что было уже плевать, что будет дальше. Марионетка опустила руки, потому что кукловод наигрался ей, а сама она разучилась жить.

– Если захочешь, отпишешь половину имущества сестре, но об этом вы сами договоритесь, это уже не мое дело.

– Ты знаешь, где она? – спросила невольно затаив дыхание, и Яр кивнул. Но вдаваться в подробности не стал. – С ней все в порядке?

Яр вдруг поднял на меня взгляд, который мог бы показаться туманным, если бы не прямая, острая как бритва проницательность в нем.

– Ты скоро сама обо всем узнаешь, – ответил, и мое сердце забилось быстрее.

– Что ты хочешь взамен на эти бумаги? – спросила, понимая, что в случае с Давыдовым все имеет свою цену.

– Ты сполна заплатила мне за них, – ответил, глядя на танцующие языки пламени, и я нахмурилась, не веря, что все так просто. – Сначала смерть родителей, потом жизнь в страхе и ненависти, и после та ночь, когда я опоил тебя и взял. Не слишком ли высокая цена за услуги моих юристов, которые просто помогли тебе забрать у государства своё?"

"– Значит, ты не отрицаешь, что подсыпал мне наркоту? – почему-то из всего сказанного только это привлекло внимание. Боль от утраты родителей уже померкла, жизнь в страхе стала обыденностью, и только принуждение не давало покоя.

– Я должен был убедиться, что ты это ты. Что вас две.

Молчала задумчиво и отдала бутылку Яру, который налил в опустевший стакан и снова вручил мне алкоголь. Пламя в камине мирно поблескивало, ровные поленья трещали, а алкоголь неотвратимо делал свое дело и расползался по телу ватностью, заставляя меня откинулась на спинку и подогнуть под себя ослабевшие ноги.

– Я все эти годы был уверен, что вы обе – это одна и та же девушка. Пока кофемашина в приемной не сломалась, и я не был вынужден спуститься на нижний этаж в столовую для сотрудников, где встретил твоего муженька.